Страница 11

Почему? Потому что будет зарабатывать, соответственно, больше. Но когда это будет? А йога нужна уже сейчас. В конце концов, как это ни странно, занятие и знание йоги делает человека более доминирующим, и такой человек лучше адаптируется в бизнесе, в какой-то необычной среде. У него есть подушка внутренней защиты, «внутренняя прана» называется. Из-за этого и очень тяжело ответить, сколько стоит обучение. Да ну ни сколько не стоит, оно идет за счет спонсора, если так разобраться. А оплачивается только та часть, которую вы должны были бы набрать для того, чтобы с вами просто разговаривали на предмет вашего обучения на инструктора йоги.

Друзья, не в наших, еще раз, правилах, чтобы долго такая система была. Эта система вызывает массу трудностей, она не позволяет делать то, что было бы надо делать. Она заставляет усреднять многих, у нее очень много недостатков. Мы понимаем, что мы от нее откажемся, что рано или поздно, это будет, как во всем цивилизованном мире, вполне понятные и прозрачные правила игры. Но сейчас момент переходной. Как долго он затянется, зависит от наших спонсоров. Как долго они будут в состоянии покрывать весь этот праздник, так и будет.

С другой стороны, деваться нам некуда, ждать, пока все оно само разрешиться, так йога окончательно исчезнет.

Для чего я вам всю эту картину (как бы) изнутри рассказал? По той простой причине, чтобы вы очень четко понимали. В особенности, я хочу, чтобы это очень четко понимали те люди, которые в дальнейшем захотят у нас учиться.

Все прозрачно. У нас название Открытый Йога Университет потому, что все открыто. Нет там тайных пружин или тайных сил, все понятно, все открыто, все на ладони. Чтобы не было, знаете, ожидания какого-то чуда или праздника, или еще чего-то. От вас, если вы приедете учиться, потребуется работа, работа и работа над собой. Потому что просто так, в том числе и деньги спонсоров, мы не можем тратить, если кто-то пришел развлекаться, слишком дорогой ценой все дается.

Люди, которые занимаются этим, строго говоря, недополучают сами, они от себя отрывают, дабы дело йоги не рухнуло. Но, опять же, они не вам. Они рассчитывают только лишь на то, что когда вы уже станете преподавателями йоги, начнете реально преподавать йогу и получать за это тоже какие-то финансовые средства, чтобы вы поступали точно также, если вы встретитесь с ситуацией, что другой человек точно также подходит для йоги, но из-за своей кармической ситуации не в состоянии заплатить.

Вот об этом я хотел сказать на сегодняшней лекции. Потом еще несколько слов.

Аккредитация и лицензирование йоги

Во всех цивилизованных странах правительства или какие-то учреждения этих стран этим не занимаются. В том числе, этим не занимаются в странах бывшего СССР. Просто никому из чиновников в голову не придет лицензировать, а уж тем более, аккредитовать йогу. Они просто не понимают, что это такое, критерия нет.

Йога не медицинская деятельность, т.е. йога никого не лечит. Это не физкультура и не спорт, и т.д., и т.п. Знаете, бюрократов тоже можно понять, им не нужны лишние проблемы абсолютно. И это происходит по всему миру.

С одной стороны, это несколько усложняет положение йоги. С другой стороны, наоборот, облегчает. Во всяком случае, в разных странах, безусловно, самые разные там настроения. Я не беру страны, знаете, такие, типа северной Кореи, где люди не знают, вообще, что там твориться, есть там йога или нет. Или какие-нибудь страны, где религиозные устремления настолько жесткие, что там не только за йогу, там за меньшее могут к ответу привлечь.

В конце концов, ситуация следующая: в Советском Союзе в одно время йога попала, что называется, под раздачу вместе с занятиями карате и другими восточными философско-спортивными течениями. Затем в году где-нибудь 1988 полностью перестали быть гонения на йогу. Т.е. йога перестала быть запретной еще при советской власти. А потом про нее, собственно говоря, все забыли и сейчас о ней особо никто не помнит.

Действительно, любому правительству, любым этим всем органам, честно говоря, не до йоги. Поэтому, отношение к йоге в разных регионах бывшего СССР, внутри России в разных регионах разное, и во многом зависит от мнения и настроения местных властей.