Страница 8

Теперь давай, друг, посмотрим, что мы знаем о смерти. Свою ты не наблюдал, поэтому твой опыт чисто внешний, на других. Человек умирает. Что мы видим? Он двигался – теперь нет, говорил – теперь молчит, билось его сердце, двигалась по сосудам кровь, он дышал – теперь остановилось все. Какой из этого следует вывод? Что все закончилось? Ничего себе. Этот вывод достоин ребенка, который искренне изумляется, когда отец прячет большой палец, загибая, а малыш искренне уверен в его пропаже.

Несколько удивительно для «Царя Природы» такое мышление. А это ведь не простое любопытство. Представь на секунду, что ты и остальные знают (именно знают, а не верят), что смерти нет, что никакой Ад и Рай никого не ожидают. Это целый переворот. Тогда все надо изменить, сам подход к жизни. А так, нам рассказали, что есть какая-то мифическая душа, туманные ад и рай, пугают страшным Судом (да у нас в любой районный зайди – страшнее не бывает), и еще много чего, но никто не дал толковых объяснений (а объяснить не могут, потому что сами не знают, а верят; да, вообще – то и не верят – для них важно, что бы ты верил).

Человек так устроен, что, пока не «пощупает», не узнает лично, не должен бы успокоиться, но тут вся проблема в том, что и рады бы «пощупать», но неизвестно – где и как. Так мы эту проблему снимем потихоньку. Просто пора человеку открыть глаза и все увидеть, а то так можно вечно в первом классе просидеть, кляня судьбу.

Давай обратимся к фактическому материалу, который появляется, но не изучен толком, не систематизирован, но, благодаря широкой информационной сети, доступен каждому.

Отдельными энтузиастами собраны воспоминания людей, побывавших в состоянии клинической смерти. В основном они совпадают. Я сам беседовал с некоторыми из них. Объединяет их видимость «трубы света», вспоминание всей жизни (то же бывает и с утонувшими, но спасенными), и никакого страха или ужаса. И все молчат о том, что на другом «конце» трубы. Многие видели себя и то, что происходит вокруг тела, со стороны.

Скептиков достаточно, но ни один из них не может объяснить все явления в совокупности. Да и со скептиками иногда случались подобные вещи, после чего их скептицизм испарялся.

В отдельных районах Пакистана, где умение «покидать» тело передается из поколения в поколение, старик мог «умереть» на полчаса и больше, а потом «вернуться». И пусть молчат скептики – они о себе ничего не знают, а берутся рассуждать о других. Да и многие, прочитав подобные факты, говорят: «Так это в Пакистане, йоги...», и не задумываются. Так я вам скажу, что в этом ничего удивительного или особо сложного нет, есть желание – милости просим. А оно того стоит, ведь это – фактическое «умирание», и после такого опыта последние сомнения пропадают. Но такое добровольное «покидание» тела отличается от необратимости «принудительного» (смерти), поэтому никаких вредных последствий для мозга и всего организма нет и быть не может.

Ученые установили, что в момент смерти любого из исследуемых ими людей вес тела уменьшался на несколько грамм. Что-то «уходит» бесспорно. Что и куда? Они не знают, но сам факт существует и говорит о многом.

Ничем другим, кроме памяти прошлых жизней, нельзя объяснить явление дежавю, да и случаи прямого воспоминания с указанием конкретных деталей, людей и с последующим подтверждением известны. Это тоже можно сделать, «технических» трудностей никаких. Все жизни, начиная с самых примитивных форм, записаны у нас в телах, в так называемых «ячейках» глубокой памяти, мы просто извлекать информацию, не умеем, и на этом основании все отвергаем.

Есть воспоминания о смерти Сократа. Этого удивительного человека общество не смогло вынести, как, впрочем, и многих, подобных ему, и приговорило к смерти через принятие яда – существовал в то время в Греции такой «гуманный» закон. Так вот, еще до смерти Сократ говорил, что, если действительно правы те, кто утверждает о конечности смерти – беспокоиться не о чем, там ничего нет. А если правы те, кто говорил, что смерть – не конец, то очень интересно посмотреть, что там, и свою смерть он превратил в великий опыт. Собралось много друзей, он принял яд и просил записывать его впечатления. И вот, что он говорил:

– Сейчас я чувствую, что «ушли» мои ноги, их нет, их можно безболезненно отрезать, но я жив;

– Теперь меня оставили руки, они тоже уже не мои, но я жив, я с вами;

– Начинает пропадать чувствительность туловища, оно исчезает, но я есть, я говорю, а это значит, что я – не мое туловище, не руки и не ноги.

И в конце:

– Друзья, это последние слова. Я не могу больше говорить, но это не значит, что меня не будет. Если, потеряв практически все тело, я еще существую, то есть огромная вероятность, что я вообще не умру...

Поразительная смерть очень сильного человека. В произведениях искусства, в кинофильмах очень часто звучит тема смерти и последующих событий. Очень сильное впечатление производит форма подачи этого события в ленте «Знакомьтесь, Джо Блэк». А в «Пророке» Халиля Джебрана ее описание пропитано поэзией и уверенностью. Смерть воспринимается как корабль, увозящий вечного путника под всеми парусами, без какого бы то ни было ужаса или безысходности, к новым жизням.