Страница 45

- Ты стареешь, ты впадаешь в детство. Сон есть сон, а ты разбудил всех нас.

Верховный священник сказал:

- Простите меня, но я должен сказать, что мы не должны оставлять места для случайности. Никакого вреда не будет в том, что мы очистим храм и приготовим самую лучшую еду, лучшую комнату, чтобы он отдохнул. В любом случае, это будет для храма хорошей весенней уборкой. Его не чистили сотни лет, и это хороший случай. Если он придет, хорошо; если он не придет, не будет никакого вреда.

Они согласились с его доводом.

И он сказал:

- Если он придет, а мы ничего не сделаем, не вините меня. Я не буду за это ответствен. Я вам все рассказал.

Все они почувствовали, что в этом доводе есть какое-то зерно истины, очень убедительное. И на следующий день они очистили весь храм. Это был огромный храм. Чтобы его очистить - а его не чистили сотни лет - нужно было проделать огромную работу. Они созвали много других людей из ближних деревень, которые приходили в храм на поклонение. И они пришли, и все статуи были очищены; благовония, цветы, гирлянды, обилие сладостей и самая вкусная еда - все было приготовлено. Впервые должен был прийти Бог. Но все они глубоко внутри знали: “Это только сон, и мы напрасно беспокоимся, - но что нам остается?”

И они ждали, ждали и ждали. Наступил закат солнца, и он не пришел. И они разозлились, потому что священники не могли есть, пока не примет пищу Бог. Каждый день они предлагали еду статуям, а статуи не едят - это единственное, что есть хорошего в статуях. И вот, они предлагали пищу, но забирали ее обратно. Теперь это подношение стало священным, Бог дал пищу в подарок. Она стала прасадом, святой, священной. Тогда они ее ели.

Но сегодня все было по-другому. Должен был прийти сам Бог, и если бы он застал их за едой, прежде чем он пришел, было бы плохо. К вечеру они очень разозлились на верховного священника. Они сказали:

- Твой сон потревожил нам вечер, потревожил нам день. Мы трудились весь день, и теперь мы хотим есть, но не можем есть, не можем пить. Садится солнце, день окончен. Лучше всего будет теперь предложить еду нашим статуям, взять ее обратно, поесть и лечь спать.

Верховный священник ничего больше не сказал. Он тоже чувствовал:

- Они правы.

Но глубоко внутри его сон был таким живым и ярким, и лишь очень неохотно он им это позволил.

Но он понимал их доводы:

- Сколько мы можем ждать? День кончился, мы ждали достаточно.

И они поели. Они устали и легли спать очень рано...

И среди ночи приехала колесница Бога, производя большой шум... колеса колесницы на пыльной дороге. Кто-то услышал шум, и наполовину во сне, наполовину наяву сказал:

- Слушайте! Кажется, он приехал. Я слышал звук колес колесницы.

Кто-то закричал:

- Замолчи! Не поднимай снова эту тему. Ты что, снова хочешь нас разбудить? Это не колесница! Это только облака и гром в небе! Спи!

И колесница остановилась у храма, но дверь была закрыта. Все же он поднялся по ступеням - к храму вело много ступеней.

В Индии есть храмы с сотней ступеней, двумя сотнями ступеней, тремя сотнями ступеней... тогда вы достигаете главной двери.

Король Ночи постучал в дверь. И снова другой священник услышал стук. Он сказал: