Страница 30

Эта евгеническая принудительность часто вырастает из осознания дисбаланса в триаде «тело – разум – душа», который происходит из за чрезмерного развития интеллекта в ущерб духовному и физическому аспекту человека.

Как и современная йога сегодня, ранняя физическая культура часто базировалась на ярко выраженном антиинтеллектуализме и переоценке других частей модели человеческой триады.

Она была задумана не как простое стремление к механической силе, но как проект восстановления целостности индивидуальной и коллективной жизни.

К рассвету двадцатого века «тело становится источником удивления и гордости, символом человеческой силы, способности и выносливости. Модернистское возрождение Олимпийских игр в 1890-х, рост спортивной культуры в девятнадцатом веке сделали тело главной достопримечательностью в великую эпоху спортивных состязаний и выставок, и эта позиция продолжает удерживаться» (Ross,  2005, 7).

Этот первый план тела современной эпохи как локус индивидуальной и националистической ностальгии по целостности является важным показателем условий, лежащих в основе ренессанса хатха-йоги (курсив переводчика).

Новые формы хатха-йоги, появившиеся в этот период, отвечали тем же желаниям и стремлениям и манили теми же грезами самоосуществления (self-fulfillment), или, скорее, самореализации (self- realization), что и многие формы националистической физической культуры Запада.

Скандинавские гимнастики

Возможно, более чем любая другая система физической культуры, шведская гимнастика, построенная на новаторской разработке Линга (1766–1839), послужила ориентиром развития современной физической культуры на Западе и постуральной йоги в ее современных экспортных формах.

Наследующий традиции «лечебных гимнастик», разработанных Тиссо и другими и имевших первоначально терапевтическую направленность «борьбы с заболеваниями через движение», метод Линга был известен поэтому как «лечебное движение»  (Dixon and McIntosh,  1957 , 88)

Лечебная гимнастика Линга начиналась с разработанного им метода, известного сегодня как массаж, и затем развилась в метод «лечебного движения».

Преемник Линга, Л. Дж. Брантинг (L. G. Branting), «довел лечебную гимнастику до высокого уровня эффективности и разработал терминологию для гимнастики, которая сохраняется и в двадцатом веке»  (Dixon and McIntosh  1957 , 94; cf. Branting  1882).

Гимнастика Линга на фестивале в Лейпциге в 1913 году.

Линг-базированный тренинг касался развития «целостной личности», таким образом предвосхитив акцент на «уме, теле и духе» в йога-практиках нью-эйджа и YMCA.

Один из первых апостолов системы, Матиас Рот, считал, что «Единство человеческого организма и гармония ума и тела, а также гармония между различными частями одного и того же тела, представляют собой великий принцип гимнастики Линга». («Движения или упражнения по системе Линга для должного развития и укрепления человеческого тела в детстве и в юности» (Roth 1856, 5) (1).

Эти и подобные им холистические системы упражнений быстро распространялись и становились популярными.