Страница 35

Понятия, известные как «закон упражнения», были расхожей монетой, в текстах по физической культуре конца девятнадцатого и начала двадцатого века и побуждали заниматься физическими упражнениями в первую очередь.

Как хорошо известно, ламаркизм «послужил драматическим толчком к женской физической подготовке» (Todd 1998, 24).

Современная физическая культура была ламаркизмом в действии, и колониальная Индия не представляла исключения. Как мы увидим, с этих пор история современной физической культуры не может быть отделена от современной йоги, и неудивительно, что многие современные учителя транснациональной англоязычной йоги были очень восприимчивы к основам евгенической веры.

Как я уже показал в другом месте, (Singleton 2007p), и, как мы увидим в последующих главах (особенно в разделе про Йогендру, в главе 6), йога стала рассматриваться в некоторых кругах как своего рода трансгенерационный быстрый путь генетического и духовного совершенства.

Националистическая физическая культура

Роман Банкимчандры Чаттерджи «Анандамах, или священное братство» (Bankimcandra Chatterji, «Anandamath, or The Sacred Brotherhood»), опубликованный в начале 1880-х на фоне растущего националистического пыла Индии, сыграл большую роль для популяризации идеала индуистского саньясина-патриота в борьбе против иностранных угнетателей и содействовал идеалу национальной физической культуры.

Как указывает Юлий Липнер в предисловии к своему недавнему переводу романа, герои – «все индусы из высшего класса, относительно небольшим числом, все грамотные, дисциплинированные, проникнутые конкретными патриотическими целями» и, следовательно, сильно отличающиеся от йогинов, аскетов, и «голодных и отчаявшихся жителей деревни», пополняющих свои ряды в центральном эпизоде романа, в Восстании саньясинов (Chatterjee and Lipner, 2005, 29–30).

Более того, если странствующий саньясин тяготеет к Шиве, посвященные santans в романе Банкима «принадлежат к вайшнавам». Santan Банкима представляет частичный, сознательно сконструированный аскетизм, подходящий для современного грамотного бхадралока (bhadralok) 9, или «знатного народа», из которого формировался авангард индийского национального самосознания в Бенгалии в конце девятнадцатого и начале двадцатого века.

Роман Банкима часто интерпретируется как утверждение новой религиозно-национальной идентичности индийцев, и, следовательно, ключевого фактора воинственного национального самосознания современности.

Я отсылаю читателя к введению Липнера, где приводится обширный список тактик политического использования Анандамаха, песня «Ванде Матарам» из романа 10 стала национальной песней независимости Индии, как в прото-национализме, так и последующем индо-мусульманском антагонизме (Lipner, 2005, 73; Chatterjee and Lipner, 2005, 29–30; 59–84).

Религиозные и политические образы Анандамаха вдохновляли многих молодых националистов к жестокой борьбе против британского правления во имя вневременного и неизменного индуистского протокола Санатана Дхармы 11.

Этот религиозный код преодолевает любые внутренние сектантские различия между santans (условно названные вайшнавами, «но не вайшнавы в узком смысле», Липнер 2005), и объединяет вайшнавов, шайва и шакти элементы, конституируя их национально-религиозную идентичность.

Ваканкар (Wakankar, 1995) пишет,

«Банким Чандра обозначил точное место физического воспитания в большом движении, которое в учебниках истории названо социально- религиозной реформой Бенгалии, а так же ясно описал характер этого режима. В основе программы лежало понятие anushilam, локусом было (буржуазное, индийское) мужское тело» (Wakankar, 1995, 48).