Страница 38

— Я уверен, что причина в Цю Чанчуне, — ответил Бай-юнь. — Должно быть, он приказал злому духу заменить женскую природу ребенка на мужскую. Я боюсь, что тут не обошлось без темных сил. Думаю, вам следует предупредить императора.

— Ах, — вздохнула императрица, — он мне ни за что не поверит. Он же уверен, что Цю Чанчунь — Бессмертный. Да и к тому же он так хотел наследника. А если я скажу, что его сын — результат происков темных сил, боюсь, меня обвинят в государственной измене.

— У меня есть план, — сказал Бай-юнь. — Вы помните эпизод из истории династии Тан, когда император устроил проверку, чтобы выяснить, является ли даосский мастер Чжан Голао Бессмертным? Многие вельможи и придворные верили, что Чжан Голао — Бессмертный. Но император Тан не верил и, чтобы проверить его мастерство, приготовил сильный яд и смешал его с ароматным вином. Чжан Голао пригласили в императорский дворец, и в присутствии придворных и знати император предложил ему отравленного вина. Чжан Голао выпил три полные чаши и воскликнул: «Какое восхитительное вино!» Через несколько секунд он пошатнулся и упал наземь. Его рот открылся, и были видны почерневшие зубы. Так он лежал около получаса. Все уже решили, что Чжан Голао умер. Но тут он встал, выплюнул почерневшие зубы, а когда после этого открыл рот, все увидели, что вместо них у него выросли новые, белые. Так император Тан окончательно убедился, что Чжан Голао — Бессмертный. — Бай-юнь сделал паузу и продолжил: — Ваше Величество, вы могли бы устроить такую же проверку для Цю Чанчуня. Пригласите его на ужин и подайте ему отравленного вина. Если он действительно Бессмертный, оно не повредит ему, а если нет, то мы избавим себя от этого зловредного монаха.

Императрица кивнула и сказала:

— Да, это хорошая идея.

И в храм Белых Облаков сразу же был послан гонец с приглашением для Цю Чанчуня на следующий вечер на ужин в покоях императрицы.

Глава 28

Когда императорский посланник прибыл в храм Белых Облаков, чтобы передать Цю Чанчуню приглашение императрицы, тот уже знал весь ее замысел. Он принял приглашение, а своим ученикам велел подготовить двадцать четыре бочки с холодной водой:

— Проследите, чтобы все было в точности так. Эти бочки понадобятся мне, когда я вернусь. От этого зависит моя жизнь.

И Цю Чанчунь отбыл в императорский дворец.

Когда он предстал перед императрицей, та сказала:

— Даосский мастер, ваши способности к предсказанию поистине поразительны. Вы предрекли мне рождение мальчика, и теперь у народа есть наследный принц. Позвольте мне выразить свою благодарность и восхищение, поднеся вам эти три чаши вина. Это особое вино из личных запасов императора.

По знаку императрицы к ним подошел слуга с большой чашей вина и подал ее Цю Чанчуню. Тот опорожнил ее в один глоток. Еще дважды слуги наполняли чашу, и дважды Цю Чанчунь опустошал ее.

Вернувшись в монастырь от императрицы, Цю Чанчунь немедленно прыгнул в первую бочку с холодной водой. Вода в бочке нагрелась, и Цю Чанчунь перебрался в другую. В итоге, когда он таким образом добрался до двадцать четвертой бочки, то обнаружил, что вода там доходит ему всего лишь до груди: ученики не заполнили бочку до краев. И поскольку Цю Чанчунь не был полностью погружен в воду, яд, оставшийся в верхней части его тела, не мог быть окончательно нейтрализован. Он поднялся к голове и сжег часть волос, оставив на макушке даоса лысину.

Когда императрица узнала, что Цю Чанчунь не умер от отравленного вина, она велела позвать Бай-юня и сказала ему:

— Теперь у меня нет никаких сомнений в том, что Цю Чанчунь — Бессмертный. Он не умер от яда, который я ему приготовила.

— Может, яд был недостаточно силен, Ваше Величество? — спросил Бай-юнь. — У меня, впрочем, есть план получше, чтобы уж наверняка убедиться в том, мошенник Цю Чанчунь или нет. Говорят, даосские Бессмертные могут менять форму металла, особенно золота и серебра. Они могут сделать бесформенный слиток квадратным, круглым или плоским. Мы можем преподнести Цю Чанчуню золотой брусок и попросить его надеть его себе на голову как повязку. Если он сможет сделать из этого бруска такой ободок, то он точно Бессмертный. А если нет, то почувствует себя опозоренным, пустится в бега и уже никогда не вернется в столицу.

И опять императрица пригласила Цю Чанчуня во дворец. Когда мастер предстал перед ней, она увидела на его макушке большую лысину и спросила, что случилось с его волосами. Цю Чанчунь мягко ответил:

— Прошлой ночью Ваше Величество презентовали мне вино бессмертия. Оно было настолько сильным, что-Небесные Врата на моей макушке открылись и мой дух взошел во Дворец Бессмертных.