Страница 28

Руперт: Всегда ли хвала сознательна? Атомы вибрируют, и божественный сенсориум, вероятно, входит с ними в резонанс, но хвала ли это в собственном смысле слова? Ангелы — существа, наделенные сознанием, поэтому можно предположить, что их восхваления — особого рода.

Мэтью: Но Хильдегарда говорит, что огонь и ветер тоже возносят хвалу, а не просто звучат или вибрируют.

 Руперт: Поясни.

Мэтью: Стихии возносят хвалу, совершая то, для чего они задуманы, и не изменяя своему предназначению; они создают нечто, безусловно заслуживающее хвалы; красоту, порядок, внутреннюю цель мироздания. Наверное, бывает сознательная хвала, а бывает и бессознательная.

Руперт: Но хвалить— значит осознавать, чему ты возносишь хвалу. Похвала красоте подразумевает знание о безобразии. Похвала свету — знание о тьме и так далее. Мне кажется, что хвала должна включать в себя элемент сознательного выбора.

Мэтью: Ключевое слово здесь «выбор»: есть создания, которые могут выбирать — возносить или не возносить хвалу. Возможно, в этом и заключается разница между хвалой, возносимой стихиями, и хвалой, возносимой ангелами и людьми. Огонь и ветер, наверное, хвалят Бога бессознательно; они не выбирали другой возможности — не хвалить Его. А люди могут выбрать другую возможность: например, цинизм, жалость к себе, зашоренность, которая не дает им разглядеть разлитую в мире красоту и благодать.

БЛАГИЕ ДЕЛА

Как святые ангелы возносят хвалу Богу и Его творению, прославляя Его игрой на цитре и созвучием голосов, ибо в этом их служение, так и человечество хвалит Господа. Люди возносят славу Господу двояким образом: они поют Ему хвалу и совершают благие дела. Восхваляя Бога, они признают Его; а в благих делах совершаются чудеса Господни.

В хвале(laus) проявляется ангельская природа человека, а в его святых деяниях (opus)— человеческая. Но человек в целом — законченное и полное творение Божье (plenum opus Dei), ибо в хвале и деяниях человеческих все дела Божьи приводятся к совершенству98.

Мэтью: Хильдегарда говорит, что via positiva, то есть хвала, — это та половина нашей задачи, которую мы делим с ангелами. Другая половина — это действие.

Эти две части должны находиться в равновесии: люди призваны возносить хвалу и трудиться, а наилучший труд рождается из хвалы — деяние из недеяния.

Руперт: Мне не совсем понятно, в чем разница между хвалой и трудом. Ведь ангелы не только хвалят, они еще и трудятся: мы знаем, например, что они — Божьи посланники. Когда Хильдегарда говорит, что собственно человеческая природа проявляется в «святых деяниях», означает ли это, что необходимость постоянного выбора между добром и злом касается одних только людей? Согласно традиционным ангелологическим представлениям, ангелам пришлось выбирать лишь однажды, в самом начале творения. Одни ангелы пали, но остальные навеки сохранили связь с Богом. Все, что они делают, — это служение Богу: не только восхваление Господа, но и жизнь в согласии друг с другом. Хильдегарда употребляет музыкальную метафору и слово «созвучие» — то есть ангелы связаны не только с Богом, но и друг с другом. Созвучие, гармония покоятся на взаимосвязанности.

Мэтью: Совершенно верно. В этом, на ее взгляд, и состоит отличие ангелов от людей. Ангелы выбирают хвалу и выбирают ее единожды, раз и навсегда, а людям приходится выбирать ежедневно. Хвала больше труда, потому что труд ангелов — это и есть хвала. Но человек должен выбирать труд. Этот выбор связан с природой творчества. Людям свойственно творить, а ангелам — нет. Ангелы уже сделали свой выбор. Но творчество — это выбор, который людям приходится совершать ежедневно. Мы должны сражаться за то, чтобы совместить свой труд и свой выбор с сознательной хвалой.

Различие между хвалой и трудом можно рассматривать с точки зрения различия между via positiva (то есть хвалой) и via transformativa (хвалой, проявляющейся в творческом труде).

АНГЕЛЫ ПЕРЕМЕЩАЮТСЯ СО СКОРОСТЬЮ МЫСЛИ

У ангелов нет крыл, как у птиц, но летают они во много раз быстрее, со скоростью человеческой мысли.

Руперт: Мы привыкли к тому, что ангелы изображаются с крыльями. Это очень древний образ, его можно найти во многих культурах. Крылатые духи присутствуют в шаманизме, в культурах Египта, Вавилона, Шумера, в индуизме, буддизме и повсюду в мире, во всех традициях. Вероятно, этот образ связан со скоростью и свободой птичьего полета, с нашими полетами во сне и с шаманским переживанием полета в трансе.