Страница 15

Поэтому пойми то, что есть, и не гонись за тем, что должно быть, — то, что должно быть, проистекает из принятия и понимания того, что есть.

131.

Любовь.

Я получил твое письмо.

Теперь больше не тревожься обо мне, даже по ошибке — по двум причинам.

Во-первых: в тот день, когда я отдал себя Богу, я вышел за пределы всех тревог — потому что старание следить за собой и есть единственная тревога!

Эго есть тревога.

Вне эго — какая тревога?

Чья?

Ч о ком?

Во-вторых: такие люди, как я, рождены быть распятыми.

Крест есть наш престол, и наша миссия выполнена, только когда бросают камни, а не цветы.

Но на божественном пути даже камни превращаются в цветы, а на противоположном пути даже цветы превращаются в камни.

Поэтому, когда в меня начинают лететь камни, радуйся и благодари Бога!

Истину всегда принимают именно так.

Если ты другого мнения, спроси Сократа, спроси Иисуса, спроси Будду, спроси Кабира, спроси Миру.

Всем мои наилучшие пожелания.

132.

Любовь.

Что семя знает о своем потенциале?

То же самое с человеком: он не знает, ни что есть, ни чем он может быть!

Семя, возможно, не может заглянуть внутрь себя, но человек может.

Этот взгляд вовнутрь называется медитацией.

Знать правду о себе, какова она здесь и сейчас, есть медитация.

Ныряй в нее, глубже и глубже; там, в глубинах, все возможное можно увидеть ясно.

И, однажды увиденное, оно начинает происходить — осознание того, что возможно, превращает последнее в реальность, подобно тому, как семя, расшевеленное предвидением своего потенциала, начинает прорастать.

Время, усилие, энергия — вливай это все в медитацию, потому что медитация — это врата, лишенные ворот, через которые сущность начинает осознавать себя.

133.

Любовь.

В жизни нет ничего несомненного — кроме смерти, в остальном жизнь — это еще одно название нестабильности.

Когда это понимаешь, желание стабильности просто исчезает.

Принять нестабильность означает стать от нее свободным.

Неуверенность останется в уме, потому что такова его природа.

Не беспокойся о неуверенности, потому что беспокойство только придаст ей топлива.

Пускай ум останется там, где он есть, а ты уйди в медитацию.

Ты — не ум, так что — где проблема ума?

Оставь тьму там, где она есть, и просто зажги свою лампу.

Не станешь же ты сначала все продумывать, а потом сдаваться?

О безумец!

Смирение — это прыжок за границы мысли.

Либо прыгай, либо нет, но, ради Бога, не взвешивай все «за» и «против»!

134.

Любовь.

Вера в Бога — это еще одно имя для бесконечной надежды.

Это терпение, это ожидание, это доверие лиле, игре жизни, и поэтому вера в Бога и жалобы несовместимы.

Вера в Бога — это принятие, это смирение — принятие того, что находится за пределами личности, и капитуляция перед источником себя.

В тысяча девятьсот четырнадцатом году в лаборатории Томаса Эдисона случился пожар.

Оборудование на миллионы долларов и все бумаги с исследованиями всей его жизни сгорели дотла.

Услышав об этой трагедии, его сын Чарльз приехал к нему и обнаружил Эдисона стоящим неподалеку и любующимся, как пляшут языки пламени.

Заметив Чарльза, Эдисон сказал ему: «Где твоя мать?

Пойди и отыщи ее, и поскорее приведи сюда; такого ей больше никогда не увидеть!»

На следующий день, прогуливаясь среди останков его надежд и мечтаний, шестидесятисемилетний изобретатель сказал:

«Как полезно разрушение!

Все наши ошибки, благодаря Богу, сгорели дотла!

Теперь мы можем начать все снова, с самого начала!»

Милость Божия бесконечна.

Нам нужны лишь глаза, чтобы увидеть ее.

135.