Страница 5

Итак, «я» получило особого рода существование Какую же форму существования оно принимает? Постоянно ли оно? Нет, не постоянно. Оно непрерывно меняется. Будда говорит: «Тот, кто видит постоянное угасание вещей, не станет верить, что мир действительно существует».

И вот в конце концов Татхагата, Просветлённый, научил людей срединному пути. Срединный путь, которому он учил, является путём, отличным от этих двух крайностей. Процесс саморазвития универсальной жизненной силы не следует считать некоторый неизменным существом; но его нельзя считать и пустотой, чем–то несуществующим. Единственный, срединный путь заключается в том, чтобы видеть этот процесс как вечную перемену, как вечное обусловленное возникновение. Срединный путь Будды – не двусмысленный путь между нигилизмом и реализмом, а положительный путь выше этих крайностей. Отбрасывая два крайних подхода, реализм и нигилизм, мы практикуем срединный путь и даём жизненной силе возможность функционировать во всей полноте.

Как же правильно объяснить срединный путь? Этот вопрос будет рассмотрен в следующем разделе о дзадзэн, где даётся его конкретное объяснение.

5. Дзадзэн, или сиденье в дхьяне.

Дзадзэн, о котором говорится в буддизме, и есть практика срединного пути. Практикующие дзадзэн должны рассматривать нашу жизнь как поток жизненной силы, как процесс проявления истинно человеческого качества, достойного этого названия.

Можно утверждать, что если наша жизнь представляет собой процесс обусловленного возникновения, то с нашей стороны нет необходимости прилагать особые усилия, чтобы сделать её такой. Это совершенно верно. В буддизме данный факт отмечен во фразе: «Все живые существа обладают природой будды». Иными словами, они суть потенциальные будды.

Тем не менее мы не всегда ощущаем свою жизнь во всей её полноте. Почему это так? Причина заключается в том, что мы, люди, в противоположность полевым цветам, несём на себе трудное бремя, называемое человеческой мыслью. Мысль – это продукт жизненной силы; но иногда она отходит от самого факта жизни и думает о крайне неуместных предметах. Такая её двойственность вызывает странные последствия.

Человек говорит себе: «На предстоящих выборах я должен всеми средствами столкнуть своего конкурента», – хотя его «я» сейчас находится в одиночестве в своей комнате, а не в схватке с этим конкурентом.

Другой думает: «Я куплю эту шахту, составлю себе состояние», – хотя он ещё не владеет шахтой, и её богатства пока не оценены.

Короче говоря, человек думает о вещах, совершенно не относящихся к факту его собственной жизни; и такие двойственные качества мысли делают человека слепым по отношению к подлинном, факту жизни, какова она есть.