Страница 11

Марк все еще не пришел в себя. Мы ехали по Лондону, было прекрасное солнечное утро, я взяла на себя роль гида и показывала ему всякие интересные места, но он меня почти не слушал. Я решила, что Марк очень устал от перелета и решила не думать о том, что для человека, которому представилась фантастическая возможность, он проявляет слишком мало энтузиазма. Но потом он спросил: «Как ты думаешь, я смогу найти где-нибудь поблизости мастерскую, чтобы отремонтировать чемодан?»

Не веря своим ушам — неужели он все еще думает о своем дурацкс^ сундуке, вместо того чтобы оглянуться вокруг, ведь это было его первое путешествие в Лондон! Я перевела дух и сказала: «Думаю, да. Но у нас всего один день на то, чтобы посмотреть город, потом начнется работа — и домой. Ты уверен, что не хочешь отложить ремонт на потом?»

«Нет, — настаивал он. — Я буду чувствовать себя намного лучше, если решу эту проблему. Ты не против?»

Мое терпение лопнуло, но поскольку я не очень хорошо знала Марка, то воздержалась от слов: «Ты что, идиот? Мы же в Лондоне!» Я прикусила язык и сказала: «Хорошо. Мы спросим у администратора».

Наконец-то Марк расслабился и смог посмотреть в окно. «Похоже на Диснейленд», — заметил он, когда такси подъехало к отелю. Мы поселились, а потом отправились в мастерскую. Даже пустой, чемодан-монстр был невероятно тяжелым.

Наконец мы прибыли в мастерскую, ее работник посмотрел на чемодан, назвал безумную сумму за свои услуги и объявил, что работа займет не меньше недели.

«Черт возьми! — воскликнул шокированный Марк. — Это грабеж! Я за весь чемодан заплатил меньше!»

Озадаченный мастер еще раз посмотрел на чемодан, потом на Марка и сказал со своим неповторимым британским акцентом: «Возможно, сэр, вам действительно стоило бы себя спросить, для чего вам вообще понадобился такой огромный, но плохо сделанный чемодан, забыть о нем и инвестировать во что-то более качественное?»

Марк в отчаянии ответил: «Это невозможно, ведь мне нужно в чем-то довезти домой вещи».

«Жаль», — сказал мастер, уже потерявший к нам интерес, поскольку ни Марк, ни я, очевидно, уже ничего не собирались у него ремонтировать.

«Уходим», — отрезал Марк, хватая свой чемодан.

«Ну и что я теперь должен делать?» — в растерянности остановился Марк, когда мы оказались на улице.

Он так привязался к этому чемодану, что уже ничего не видел кроме него.

«Да выбрось ты этот проклятый сундук и весь свой ненужный скарб! — крикнула я, уже не в силах с собой бороться. — Или нет. Просто перестань нагружать себя и меня этой проблемой, и вспомни, что мы — в Лондоне, а все, о чем ты можешь думать, — это поломанный чемодан! Отпусти его!»

Пораженный моей реакцией, он, кажется, освободился от своей навязчивой идеи: «Ты права. Я должен это отпустить». Он так и сделал, хотя неохотно. К сожалению, большую часть нашего свободного времени в Лондоне мы уже потратили и в отель вернулись слишком уставшие, чтобы отправиться куда-то еще. Мы разошлись по своим комнатам, так и не погуляв по городу.