Страница 33

Мужчинам также свойственны подобного рода траты. Мужчина может купить себе дорогостоящее спортивное снаряжение или просто пропить часть зарплаты в ближайшем баре, желая выплеснуть гнев, связанный с поведением жены, которая опять потратила на свои «шмотки» немыслимую сумму. Если в детстве мужчина конфликтовал с матерью, склонной его ограничивать, то поведение жены вступит в определенный резонанс с его прежним опытом и последует логичная реакция: трата денег в отместку. Другой типичный сценарий — косвенная схватка с недовольным отцом либо боссом. В этом случае после конфликта мужчина покупает себе впечатляющий своей ценой подарок, о приобретении которого в обычные времена даже не помышлял.

Патологическая экономия

Разумеется, наши денежные проблемы не ограничиваются чрезмерными тратами.

Стивен работал бухгалтером и зарабатывал достаточно, чтобы обеспечить себе нормальный уровень жизни. Однако он так боялся бедности, что это сильно подорвало его способность разумно тратить деньги. Он пытался экономить на всем, сокращая свои потребности, но страх за состояние своих финансов его не покидал, зачастую переходя все разумные пределы. Такая модель поведения неразлучно сопровождала его на протяжении почти всех тридцати четырех лет жизни.

Жизнь Стивена в той ее сфере, что связана с удовольствиями, была крайне ограниченной. Он редко встречался с представительницами противоположного пола и был чужд экстравагантных поступков. Он проводил кучу времени в поиске скидок, а в свободное время чинил свою машину и самостоятельно ремонтировал дом, чтобы не платить за работу кому-то еще.

Он мог позволить себе многое, но отказывался даже от самого необходимого, а каждый потраченный доллар оплакивал как друга, ушедшего в мир иной. По сути, Стивен получал удовольствие от самого общения с деньгами — не только наличными, но и депозитными квитанциями, банковскими счетами и прочими символами своей безопасности.

На уровне сознания Стивен жаждал денег, а на подсознательном ему не хватало любви. Отношения Стивена с другими людьми были ограниченными и сдержанными. Будучи ребенком, Стивен жил в строго регламентированных условиях. Его родители часто общались с ним в форме приказов и часто наказывали. Это вызывало у него чувство вины в случаях, когда он не реагировал на их пожелания нужным для них образом. Они награждали его деньгами за прилежное поведение, хорошие отметки и другие дела, соответствовавшие принятым в семье правилам. Стивен освоил различные эффективные способы получения денег, и они стали олицетворять в его восприятии привязанность и безопасность, которых он так жаждал.

Став взрослым, он мог наградить себя за выдающиеся результаты (например, самостоятельную уборку дома) коробкой шоколадного печенья, что было в его глазах редкой и экстравагантной выходкой. Для Стивена трата денег ассоциировалась с потерей контроля. Свои чувства он сохранял так же бережно, как деньги.

А вот другая поучительная история.

Уилл, убежденный холостяк, работал экспертом в области технологий. К своим тридцати семи годам он достиг неплохого уровня дохода и мог легко позволить себе купить хороший дом в престижном районе. Однако он не мог вынести мысли о том, что ему придется оплачивать огромные счета за коммунальные услуги, благодаря которым его проживание в доме было бы более комфортным. Чтобы сэкономить на коммунальных платежах, Уилл допоздна оставался на работе, пользуясь офисным освещением для выполнения своих домашних дел. Находясь дома, он неустанно занимался сортировкой мусора: что-то шло на удобрение почвы, что-то находило второе применение, а оставшийся мусор сжигался. Уилл отапливал свой дом с помощью мусора, который собирал из помойных бачков соседей и сжигал у себя в камине. Он не оплачивал счета за уборку мусора, что приводило в недоумение муниципальные санитарные службы: они никак не могли понять, каким образом Уилл обходится без их услуг.

Уилл участвовал в социальной жизни общества, возглавляя группу скаутов. Он учил мальчиков перерабатывать мусор, чинить старые вещи и заставлять работать различные механизмы с помощью подручных средств.