Страница 3

Каждое из трёх последних утверждений следует понимать в том смысле, что оно касается основной статистической массы живущих в соответствующей культуре, а в «хвостах» статистического распределения могут быть и отличия от доминирующего характера, которые могут оказывать своё воздействие на изменение характера культуры в целом, а могут и не оказывать сколь-нибудь ощутимого воздействия на характер культуры в целом, вследствие чего культура сохраняет своё качество в преемственности поколений.

Однако такое понимание (в смысле характеристики основной статистической массы представителей той или иной культуры) не относится к первым двум утверждениям, поскольку первые два утверждения разделяют множество культур на два класса по качественному признаку, а не по количественным, с какими имеет дело математическая статистика и теория вероятностей.

Если говорить о культурах, алгоритмика которых направлена на подавление познавательно-творческого потенциала большинства, то встаёт вопрос о характере субкультуры меньшинства, в интересах которого так или иначе подавляется познавательно-творческий потенциал большинства. Субкультуры такого рода меньшинств, с поправкой на то, что они — субкультуры неких социальных групп, а не культуры общества в целом, также могут быть классифицированы на основе соотнесения с изложенными выше принципами.

Если вдаваться в этнографический и исторический анализ (его в этой главе мы опустим), то можно увидеть, что разные по своему характеру культуры обладают разной устойчивостью в преемственности поколений вследствие различного их «отношения» к познавательно-твор­чес­кому потенциалу.

И среди них есть самоубийственные варианты, переход к которым означает гибель общества в течение жизни одного — нескольких поколений. Термин «гибель общества» в данном случае подразумевает не только вымирание носителей самоубийственной культуры, но и поглощение выживших иными культурами и утрату ими прежнего культурного своеобразия в большей или меньшей мере.

Однако наряду с этим можно выявить и общую тенденцию развития культур, устойчивых в преемственности поколений. Эта тенденция состоит в продвижении в ходе исторического развития общества к культуре, в которой:

·  проблематика освоения личностного познавательно-творчес­кого потенциала всеми в русле Промысла Божиего осознаётся каждым психически здоровым индивидом;

·  алгоритмика личностно-эгрегориального и личностно-соци­а­ль­ного взаимодействия напра­влена на освоение познавательно-творческого потенциала всеми в русле Промысла Божиего (освещению различных аспектов этой проблематики в нашем её понимании посвящены главы 1 — 5 в совокупности и 5 — в особенности).

———————

А кроме того, —и это наиболее существенное в своеобразии человека в биосфере Земли, — организация психики всякой здоровой особи вида «Человек разумный» не запрограммирована однозначно генетически, вследствие чего взрослая особь может быть носителем одного из пяти основных типов строя психики (животного, биоробота-зомби, демонического, человечного, и обусловленного порочностью культуры — опущенного в противоестественность) и переходить от одного к другим как в процессе личностного развития либо деградации, так и не осознанно под воздействием обстоятельств (см. раздел 4.7).

Исторически реально, членораздельная речь — основной канал информационного обмена людей друг с другом, и соответственно языковая культура в виде изустно передаваемых преданий и сказаний, а с появлением письменности — и текстов — скелетная основа культуры всех человеческих обществ.

В составе культуры всякого общества можно выделить разного рода субкультуры, носителями которых являются те или иные социальные группы, своеобразие которых может быть обусловлено полом, возрастом, профессией, социальным статусом (положением в организационной структуре общества) и т.п. В общем-то каждая возрастная группа, вышедшая из младенчества[8], во всяком обществе, в каждой его социальной группе, имеет свою субкультуру. И соответственно носителями культуры общества в целом являются все его члены, начиная с возраста, отделяющего раннее детство от младенчества, поскольку во младенчестве практически всё информационно-алгоритмическое обеспечение поведения малыша — врождённые инстин­к­ты и рефлексы, а степень развитости организма ещё недостаточна для того, чтобы младенцы вступали в общение друг с другом и были носителями сколь-нибудь развитой своей возрастной субкультуры.

В культуре общества можно выделить её фундаментальную часть — то, что определяет суть (характер, смысл) жизни общества на интервалах времени порядка 10 лет и более, и нечто сопутствующее и быстро (по отношению к продолжительности жизни поколений) преходящее. Если рассматривать жизнь общества на исторически продолжительных интервалах времени, то к фундаментальной части можно отнести такие компоненты культуры, как:

·  жизненные идеалы[9] и верования (поскольку они очень сильно взаимосвязаны и во многом обуславливают друг друга, то мы их объединили в одном пункте),

·  фактически действующие организационно-этические принципы и выражающие их нормы поведения, на которых строится взаимодействие людей в обществе и общественные институты (исторически реально они могут очень далеко отходить от идеалов),

·  наработки фундаментальной науки, прикладные знания и навыки, на основе которых строится вся хозяйственная деятельность людей в этом обществе и прочие виды его взаимодействия со средой обитания, включая и взаимодействие с другими обществами[10].

При этом необходимо отметить, что фундаментальная часть культуры, сохраняя свою значимость в жизни общества в преемственности поколений, содержательно изменяется в ходе общественно-исторического развития.