Страница 3

Ереси разделяют нас, но такое разделение не всегда негативно. Раскольнические взгляды могут даже стать стимулом, заставляющим организацию и ее лидеров определять свою позицию и решительно защищать ее. Раскрытие ереси нередко позволяет увидеть такие нюансы в вопросах философии и системе организации, которые иначе было бы не просто разглядеть. Поэтому изучение ересей важно не только для историков. Религиозная традиция должна обращать внимание на ереси не только для того, чтобы оградить себя от ошибок прошлого (и уж, конечно, не для того, чтобы клеймить их последователей), но и для того, чтобы понять их уроки. Любая ересь — это предупреждение о неразрешенных трениях внутри самой традиции, а также возможность отстоять чистоту традиции в условиях новой культурной среды и новых интеллектуальных запросов.

Ереси в вопросах авторитета

Гуру есть Бог

Эпизод с Киртананандой несомненно, стал и для Прабхупады и для его учеников, серьезным уроком. Вернувшись в Америку, он усилил работу над переводом, стараясь дать движению твердую философскую основу. Одновременно, он начал создавать совет, который должен был руководить его растущим Обществом.12

Напомним, что после ухода гуру Прабхупады Гаудия-Матх раскололся: старшие ученики Бхактисиддханты, вместо того чтобы следовать его наставлению и управлять Обществом коллегиально, попытались назначить единоличного преемника. Прошло тридцать лет, и сейчас каждый из этих лидеров руководил своей организацией. Прибыв в Америку, Прабхупада обратился к ним за помощью, но они хранили молчание. Теперь, услышав об успехе Прабхупады, они предложили ему вернуться в Индию, чтобы обсудить наиболее эффективные пути распространения учения Чайтаньи. Однако Прабхупада остался равнодушен к их неожиданному интересу. «Сообщите им», сказал он, «что я приеду только в том случае, если они согласятся создать руководящий совет из двенадцати членов. В свое время никто из них не осмелился покинуть Индию, поэтому они могут совместно избрать одного представителя, а ИСККОН предложит остальные одиннадцать».*

Ответа не последовало. Вместо этого, в письме к преданным в Нью-Йорке от Ачьютананды даса, ученика Прабхупады, жившего в одном из индийских Гаудия-матхов, содержалась скрытая критика Прабхупады. Ачьютананда дас предлагал, чтобы титул «Прабхупада» («тот, у чьих стоп находятся все учителя») остался только за Бхактисиддхантой Сарасвати и Рупой Госвами (главным учеником Шри Чайтаньи). Очень чуткий к любой опасности для своего растущего Движения, Прабхупада увидел в критике ученика опухоль, которая, если не остановить ее рост, создаст угрозу его абсолютному положению. Он также заметил, что с обложек последних публикаций его переводов, изданных “ИСККОН-Пресс” в Бостоне, исчезли почтительные слова «Его Божественная Милость» и «Прабхупада». В другой книге его называли просто «ачарьей» («главой организации»), хотя он настаивал на том, чтобы во всех книгах использовался титул «ачарья-основатель».

Чтобы лучше понять это различие, нужно объяснить значение термина «ачарья». Его первый смысл — «тот, кто учит своим примером» (это может относиться к любому преданному). Другой — «тот, кто дает посвящение ученику», иными словами гуру. Есть и третье значение — «духовный руководитель организации», титул, который можно передавать преемнику. Однако определение «ачарья-основатель» является исключительным, его нельзя применить ни к одному руководителю организации, а только к ее основателю.13 Когда Прабхупада выступал против исключения слова «основатель» после титула «ачарья», он, несомненно, настаивал на последнем значении.