Страница 20

Заговорил Нанда-кумара. Он объяснил, что ему это было необходимо, чтобы выжить духовно, в то время как я был стойким преданным и мог бы вновь приступить к своим обязанностям Джи-Би-Си. Прабхупада признал, что Нанда-кумара был опытным слугой, и я тоже согласился с этим. Я чувствовал себя немного ущемленным быстрой переменой, но мотивы, двигавшие Нанда-кумарой были настолько ясны и бесхитростны, что я не мог обижаться на него, раз ему это было по-настоящему необходимо, и Прабхупада дал свое согласие, то я также не имел ничего против. Я не хотел спорить об этом. Кроме того, время от времени я испытывал смешанные чувства и неустроенность, будучи слугой. Может быть это Кришна передвигал меня так. Так вот, несколько неожиданно, Нанда-кумара сменил меня в роли слуги.

На следующее утро я проснулся в другой комнате, которая не примыкала к комнате Прабхупады, срсди нескольких саннъяси. Сначала я подумал, что я все еще слуга Прабхупады и должен вставать, чтобы приготовить ему лекарство, но потом вспомнил, что это не так. Я снова испытал смешанные чувства, но я не мог не наслаждаться обществом своих братьев в Боге, каждой из которых искренне проповедовал от имени Прабхупады в разных местах по всему, миру. Там были Гирираджа, преданный духовный сын Прабхупады, который служил ему в Бомбее, Трипурари, который был очень дорог Прабхупаде за то, что возглавлял распространение книг в Америке, и Джайадвайта, редактор книг Прабхупады. Определенно пребывание в их компании не рождало чувства того, что я больше не служу Шриле Прабхупаде.

Мне вдруг припомнилось, как Прабхупада написал мне в 1969 году, когда он приезжал с визитом в наш бостонский храм. Я хотел быть его личным слугой во время его пребывания в Бостоне, но имея другие обязанности, не получил такой возможности. Позднее Прабхупада написал мне: “Нет ничего страшного в том, что ты не мог лично заботиться обо мне в Бостоне, это формальность. Я хочу видеть, как мои ученики занимаются служением Господу двадцать четыре часа в сутки. Если кто-то полностью занят служением Господу под моим руководством, он является моим личным слугой.” Каждый из сотен преданных, собравшихся в Майапуре, был личным слугой Прабхупады, пусть даже лишь один из них имел своей обязанностью делать Прабхупаде массаж и приносить ему еду.

Успокоив себя таким образом, я поспешно спустился, направляясь в храмовую комнату, чтобы занять место поближе к алтарю и иметь возможность видеть Божества во время мангала-арати.

Я также вел пение молитв самсара-дава, и некоторые преданные сказали потом, что я делал это с большим энтузиазмом.

Друзья спрашивали меня: “Что ты теперь собираешься делать?”, и я отвечал, что не знаю еще точно. Но моя голова уже была переполнена всевозможными вариантами. Я думал, что неплохо было бы вернуться к тем брахмачаръяли с которыми я путешествовал до этого, и продолжить ту программу— ездить из одного города в другой. Если бы Джи-Би-Си так решило, я мог бы снова взять свою зону или какую-нибудь другую. Так мои мысли летали по всему свету, учитывая, что имелись неограниченные возможности служить Шриле Прабхупаде в сознании Кришны, и к моменту, когда Шрила Прабхупада вышел на прогулку, я чувствовал себя очень оживленным, и у меня уже едва ли не кружилась голова от моей новой “свободы”. Стоя с дандой в руках среди своих братьев в Боге, тоже саннъяси, я приготовился последовать за Шрилой Прабхупадой в его прогулке по полям. Но, когда я увидел нового слугу Шрилы Прабхупады, идущего рядом с Прабхупадой и несущего его чадар, накинутый на руку, я неожиданно пожалел, что не я был на его месте. Та же самая радикальная перемена, которая до сего момента впечатляла меня предоставляемой мне свободой, воспринималась теперь как утрата близости. Я больше не был тем единственным преданным, который физически всегда находился рядом с Прабхупадой. Теперь я был одним из многих братьев в Боге, которые тянулись за Прабхупадой, пытаясь приблизиться к нему в достаточной мере, чтобы быть в состоянии слышать то, о чем он говорит. Когда, в определенный момент Прабхупада остановился, чтобы надеть

чадар, Нанда-кумара был тем, к кому он обратился за помощью, и я пожалел, что не я имел привилегию совершить этот нежный жест. Только вчера я был слугой Прабхупады, а сегодня я уже не знал, заметил ли он меня вообще.

Находясь в этом уникальном положении, я мог видеть как достоинства, так и недостатки обеих ситуаций. Саннъяси может рассчитывать на собственную комнату, на персональный набор книг Шрилы Прабхупады, на личные принадлежности и группу преданных, с которыми он работает. Но, будучи слугой Прабхупады, человек должен быть готов исполнять работу прислуги. Невозможно непосредственно руководить большим количеством людей, являясь при этом слугой Прабхупады, так как приходиться все время заниматься служением. Тем не менее, это служение сильнее всего вызывало зависть, потому что человек служил величайшему. Личный слуга всегда остается в полном подчинении и в тени того, кому служит. Он не проповедует независимо и постоянно рискует быть отчитанным Прабхупадой за свою неофитскую некомпетентность, иногда в присутствии других. Но, если он достаточно продвинут, чтобы переносить то, как гуру крушит его ложное эго, тогда он может совершить величайший прогресс благодаря тому, что духовный учитель лично воспитывает его.