Страница 18

Чхота скоро выключил свет и улегся в постель. Его соседи вернулись поздно ночью, шумя и наполняя каюту запахом табака. Наконец они заснули, и в каюте воцарилась тишина, нарушаемая лишь храпом и шумом двигателя, отдающимся в переборках.

Чхота сел в постели и начал мысленно повторять мантру Харе Кришна.

Он представлял, что сидит в храме или на побережье под ночным небом, усыпанном лучистыми звездами. Однако безмолвная, мысленная джапа, казалось, была для него недосягаема. Даже друг Господа Кришны, Арджуна, говорил, что не способен думать о Господе, сосредоточивая на Нем все свои мысли. Тогда Чхота начал шепотом, как можно тише, произносить слова мантры: «Харе Кришна, Харе Кришна…» Повторение мантры шепотом оказалось довольно действенным методом. И хотя он находился в каком-то угнетенном настроении и чувствовал себя очень одиноким, его ум был полностью сосредоточен на мантре. Он утратил всякое представление о времени. Утром у него было такое ощущение, что он всю ночь провел в страстном взывании к святым именам.

Первым совместным приемом пищи туристической группы был завтрак.

За столом каждому было отведено определенное место, и между Чхотой и Арджуной сидело шесть мышей. Когда официант хотел положить на тарелку Чхоты сосиски, тот резко поднял лапу, останавливая его, и сказал:

- Нет, спасибо. Я вегетарианец. Я буду только фрукты.

То же самое сказал и Арджуна, и еще один мышонок, сидящий в конце стола.

- Давайте мне мясо, - засмеялся огромный мускулистый мышонок, - а они пусть жуют свою кроличью еду.

- Вегетарианец? - спросил мышонок, сидящий рядом с Чхотой. - А чем тебе не нравится мясо?

- Мясо - это чья-то плоть, - ответил Чхота. - Чтобы наслаждаться вкусом мяса, люди убивают животных. Однако мыши - и люди тоже - могут хорошо питаться, и не убивая своих собратьев.

- Я согласен с этим, - сказал мышонок, сидящий в конце стола. - Мы склонны забывать о том, что такое на самом деле кусок мяса. К тому же помимо того, что производство мяса связано с насилием, мясо вредно для здоровья.

- Все это такая ерунда, - проронила женщина-мышь.

- Я лично хорошо знаю, что такое мясо, - заявил сосед Чхоты по каюте Чак, - и мне наплевать на ваши непрошеные советы. Без мяса мышь превращается в слизняка.

- Ну, ну, джентльмены, - проговорил руководитель группы, толстый тип с брюшком, поросшим белой шерсткой, - давайте оставим эту тему и насладимся едой.

Чхота заметил, что сидящая рядом с ним женщина-мышь прежде, чем приступить к еде, произнесла благодарственную молитву. Два преданных посмотрели друг на друга и начали грызть свои фрукты. Вокруг витал запах сосисок, слышалось громкое чавканье, а мыши вели обычные застольные разговоры.

Чхоте и Арджуне удалось поселиться в одной каюте. Вместе с ними поместили и третьего мышонка-вегетарианца. Как только Чхота и Арджуна остались одни, они радостно обнялись.

- О дорогой вайшнав, - воскликнул Арджуна, - когда глаза видят личность, подобную тебе, они исполняют свое высшее предназначение. Прикосновение же к твоим лотосоподобным стопам дает возможность исполнить свое наивысшее предназначение чувству осязания. В материальном мире очень трудно найти чистого преданного Господа.

- Я не считаю себя вайшнавом, - отозвался Чхота, - а вот видеть тебя для меня огромная радость.

Браться рассказали друг другу, куда они оба направляются, но больше всего они жаждали говорить о Кришне. Весь прошлый вечер они общались с не очень приятными личностями, но это заставило их еще больше ценить Кришну и Его преданных. Чхота сказал Арджуне, что он всю ночь не спал и шепотом повторял мантру.

- А я никак не мог сосредоточить внимание, - поделился с ним Арджуна. - Как научиться слышать каждое слово? Меня это так мучит.

- Прежде чем пытаться слушать мантру внимательнее, мы должны признать, что не слушаем ее как следует. То, что тебя огорчает твое невнимательное повторение, не так опасно, как спокойствие. Если мы думаем:

«Да ладно, я всегда так повторяю мантру, все равно Прабхупада говорил, что это постепенный процесс», - тогда как мы сможем улучшить свое повторение?

- Но ведь это действительно постепенный процесс, разве нет? - заметил Арджуна.