Страница 18

Ее тело представляло собой лишь кости, обтянутые кожей, а ее вес на момент смерти был килограммов 15.

Шридам дас (пуджари)

Я была у матаджи Навадвипы Лилы несколько раз перед ее уходом. Последние 3 — 4 дня она совсем ничего не ела. Она отказалась от таблеток, которые влияли на мозг. Но те, которые она принимала, иссушали ее организм.

А поскольку она совсем не пила жидкостей, тело ее совсем высохло. Атмосфера в комнате, где она лежала все это время, была очень тяжелая. Ей было очень-очень тяжело. Она не могла читать, не могла сосредоточиться на аудио-лекциях, не могла ни слова произнести из мантры, не могла спать — ей было очень нелегко. При этом она находилась в постоянной тревоге, не находила себе места. Это было совсем не просто! Она боролась. Но за несколько минут до ее ухода атмосфера в комнате изменилась (как говорили преданные, которые там присутствовали). Просветлело. Когда слышишь, что где-то преданные оставляют тело и уходят в духовный мир, то это кажется вполне понятным, а когда это происходит непосредственно вблизи тебя — то даже как-то не верится.

Матаджи Катя

Я помню, как однажды она приехала из Таиланда. Она оказалась как раз в том месте и в то время, когда случилось то чудовищное цунами, которое унесло много жизней.

Приехав, она рассказала, что цунами прошло, когда они были в полете — они приземлились на еще мокрую полосу. А их гостиница, где они должны были остановиться, пострадала, поэтому их разместили в другом месте, не затронутом цунами. Она говорила, что родственник, который приехал в аэропорт встречать их, ехал по той дороге, которой спустя два часа попросту не стало. Она говорила, что зрелище было ужасное: все было перерыто, разломано, автомобили оказались в самых неожиданных местах. Было много раненых и погибших. Ее удивило, что перво-наперво местные жители начали восстанавливать храмы. Кришна уже тогда готовил ее к смерти...

Однажды мы встретились с ней в очереди к одному врачу нетрадиционной медицины. Нам пришлось прождать часа два, прежде чем до нас дошла очередь. Я и Наташа (так ее тогда звали) пришли к нему от безысходности. Я помню, что за разговором время пролетело, как пять минут. Я была поражена и очарована ее удивительной верой и разумом. Придя к врачу подавленной, уставшей, я после общения с ней вышла обновленной и счастливой. Я тогда ждала от Кришны чего-то, сама не понимая, что именно, но не ожидала, что Он преподнесет все так — в очереди, от простой, тогда еще не инициированной преданной. Наташа стала для меня открытием.

Она рассказывала о себе. По ее словам, судьба баловала ее. У нее было все в жизни: любящий муж, хорошие дети. Она говорила, что за всю жизнь она не подняла тяжелой сумки, тяжелой работой не утруждалась — муж любил и оберегал ее. Сама она по образованию педагог. «Я никогда не пришла бы к религии, потому что у меня было все, и я была счастлива. Единственным «слабым» местом было здоровье».

Неожиданно умер ее муж. Он был мастером спорта по дзюдо. Пустяковая простуда обернулась тем, что в легком лопнул сосуд, пошла кровь горлом, и через несколько минут он умер. Все произошло внезапно — утром он еще ходил, а вечером его уже не стало. Для нее это был жуткий стресс. Она с трудом его пережила. Вскоре у ее старшей дочери родился сын, но с врожденной патологией. Руки и ноги его не двигались. От небольшой простуды ребенок умер, причем точно так же, как и его дед. Наташа говорила, что была абсолютно уверена, что это был ее умерший муж. Она говорила, что ее муж при жизни часто побеждал на соревнованиях, но делал это, калеча соперника. Он ломал руки или ноги соперника и таким образом побеждал. Его жизнь определила его следующее рождение. Она была твердо уверена, что это ее муж и часто обращалась к нему: «Я знаю, что это ты». Это был очередной стресс.

На почве стресса она и получила эту болезнь — рак, который после каждого стресса начинал прогрессировать. Она долго скрывала от родных. И внутри себя не могла пережить диагноз, да еще не знала, как жить без мужа, одной.

«Я была очень подавлена сначала, я вела дневник, в котором изливала душу. Позже, когда я перечитывала его, удивлялась: «Неужели это я писала?» Я так сильно предавалась!»