Страница 41

Если ваш ребенок собирается работать в интернете, участвовать в каком-то интернет-проекте – не поленитесь разобраться, что это. Сами не понимаете – поищите друзей или знакомых, которые хорошо понимают. Не исключена возможность, что ваш ребенок в результате проекта станет миллионером, но такая возможность – одна на миллион – гораздо более вероятно, что он попадется в лапы сетевых мошенников. Если он просит у вас сотню-другую на сетевой проект – вникните, о чем идет речь. Рассказы о том, как сотня долларов превращается в миллионы, обычно распространяются аферистами. интернет-магазин «Амазон», сегодня стоящий сотни миллионов долларов, начинался не с сотни, а с сотни тысяч, которые вложили родители его основателей (кстати, основателям «Амазона» тоже было по двадцать с чем-то лет) в этот бизнес. Израильская компания, создавшая легендарный переговорник ICQ, начиналась не с копеек, а с того, что отец одного из основателей фирмы вложил в бизнес своего сына сто пятьдесят тысяч долларов. Кстати, в тот момент, когда фирму перепродали за восемьдесят миллионов, она не приносила доходов, на ее счету был ноль.

В общем, если вы не хотите, чтобы ваши дети стали жертвами аферистов технологического века, вы должны идти друг другу навстречу. Дети должны набираться жизненного опыта, а вы – овладевать современными технологиями. Хотя бы на уровне ваших детей.

Позвоночные

Тому, кто много путешествует, постепенно становится понятно, что за одним и тем же словом в разных странах скрываются совершенно разные вещи.

Вот, например, мы знаем, что в Южном Тель-Авиве есть «трущобы»… Трущобы (они же хрущобы) были и в Советском Союзе – сегодня многие обитатели израильских квартир вспоминают это жилье с ностальгией. Если же мы заглянем в Иоганнесбург, Киншасу или Браззавиль, то нам придется сделать значительное умственное усилие, чтобы понять: эти картонные и жестяные коробки – не свалка использованной тары, а «трущобы». Здесь живут люди.

Трущобы мне приходилось видеть в Палермо и в Неаполе, и надо сказать, что выглядят они отнюдь не так романтично, как в фильмах итальянских режиссеров-неореалистов. Обшарпанные старые дома, висящее на балконах белье, играющие прямо в переулках дети… К слову скажу, что в моей родной Одессе такое же жилье никто трущобами не считал.

Чтобы довершить историко-географический экскурс, рекомендую еще заглянуть в книгу Гиляровского «Москва и москвичи». Сам я в трущобах Хитрова рынка по возрасту не бывал, но «дядя Гиляй» представление о них дает отличное. Так что вполне могу судить о том, что такое трущобы Южного Тель-Авива – чуть похуже, чем чистенькие советские спальные районы, чуть получше, чем фавелы Рио или «Сухой овраг» дореволюционной Москвы.

В «бидонвилях» никто, кроме бездомных, не живет.

Было такое время, когда трущобы начали приобретать чуть более «цивильный» вид – в них стали селиться новые репатрианты с целью экономии. Потом переехали, на их место новые «новые» вселялись уже реже, а трущобы стали занимать иностранные рабочие, живя по пятнадцать-двадцать человек в одной квартире.

И вот в одну из таких трущоб Южного Тель-Авива вселилась семья Б., репатриировавшаяся из Средней Азии. Надо сказать, что выходцы из Средней Азии преимущественно сконцентрированы в районе Шапиро, но с просторов бывшего Советского Союза разница в пятнадцать минут езды видится не так отчетливо, как внутри Израиля. Тут «приличный район» и самые отъявленные трущобы могут разделять каких-нибудь двадцать-тридцать метров. А пятнадцать минут езды могут быть расстоянием между районом вилл и самым «дном общества».

В доме, где обитала семья Б., жили по преимуществу выходцы с Дальнего Востока, прибывшие в Израиль, чтобы помочь своим «тихоокеанским экономическим драконам» скудной еврейской копейкой. Поэтому в доме было хотя и не очень чисто, но не так уж и шумно, так что семья не могла нарадоваться, экономя каждую заработанную копейку для покупки собственной квартиры где-нибудь в более приличном районе (например, в той же Шхуне Шапиро).

Параллельно с этим семейство покупало кое-какую оргтехнику – потому что жить в Израиле без холодильника, скажем, совершено невозможно. Кое-что из необходимых в Израиле электротоваров подкидывали семейству знакомые и дальние родственники. Не бесплатно, конечно, но за сущие копейки. Вскоре Б. обзавелись всеми необходимыми приборами – холодильником, телевизором, стиральной машиной и даже стареньким, но еще исправно работающим видеомагнитофоном. Жизнь налаживалась.

Да, а помогали затаскивать чудеса техники на четвертый этаж, где снимала квартиру семья, все те же вездесущие азиаты. Глава семьи справедливо рассудил, что если он самостоятельно станет тащить стиральную машину на своем горбу, то может потянуть спину и потеряет на этом гораздо больше.

В общем, давал заработать соседям…