Страница 19

Офицеры горных егерей изучают советское легкое стрелковое вооружение, доставшееся им после боя на Кавказе в 1942 г. Лейтенант в центре держит 7,62-мм самозарядную винтовку Токарева СВТ-40, другие точно такие же винтовки лежат на земле.

Подрывное устройство с дистанционным управлением «Голиаф» готово к применению. 1943 г. «Голиаф» нередко использовался против вражеской бронетехники, а также для устранения препятствий. Если удавалось подвести устройство под танк и привести там в действие, эффект был сокрушительным.

Источником настоящего шока, который довелось пережить немцам в 1941 г., стали новации русских в области танкостроения, а именно Т-34, обладавший наклонной броней и 76,2-мм пушкой. На тот момент немцы не располагали ничем подобным. Когда стартовала операция «Барбаросса», их танковый парк наполовину был представлен лучшими образцами, PzKpfw-III и — IV, которые прекрасно себя зарекомендовали — многие прошли свыше 1500 км без серьезного ремонта, — но рядом с Т-34 они выглядели устаревшими.

В итоге немецкие конструкторы взяли на вооружение основные технические достижения, использованные в советской машине, что в период с зимы 1942 г. и по лето 1943 г. привело соответственно к появлению танков PzKpfw-V «Пантера» и PzKpfw-VI «Тигр». Оба — и «Пантера» со своей наклонной броней и 75-мм пушкой, и «Тигр», главным вооружением которому служила версия знаменитой «88», — были прекрасными боевыми бронированными гусеничными машинами, однако они значительно повлияли на характер действий немцев на поле боя. Прежние танки использовали главное свое преимущество — быстроту и маневр, прорывая бреши в обороне противника; новые модели отличались большим весом и меньшей маневренностью, что снижало их способности служить инструментом блицкрига. В то же время осознание того факта, что традиционная буксируемая артиллерия на тяге пусть даже и механической склонна плестись в хвосте у танковых формаций, побудило немцев к разработке самоходных орудий (обычно те же полевые пушки или гаубицы на танковых шасси), которые, несмотря на всю эффективность, по-прежнему страдали от нехватки скорости. Одним словом, кампания 1941–1942 гг. в России дала толчок процессу превращения Вермахта из стремительной армии наступления в могучую, но медлительную силу обороны.

Немецкий фронтовой курьер на лошади проезжает мимо горящих обломков русского танка БТ, вооруженного 45-мм пушкой. Хотя из-за дыма трудно сказать с точностью, какая именно модель перед нами, думается, что это БА-6, модель на колесах, а не на гусеницах, таким образом, скорее бронемашина, чем танк. (БТ, дальний предок Т-34, разрабатывался как танк поддержки кавалерии и мог использоваться как в гусеничном, так и в колесном варианте. — Прим. пер.).

Охрана железнодорожных путей была утомительной, но очень важной обязанностью солдат на Восточном фронте, потому что только поезда служили по-настоящему надежным средством доставки снабжения и всего необходимого на передовую. После 1941 г. интенсивность и масштабы атак партизан заметно выросли. Данная фотография позволяет представить себе, насколько уязвимыми для подобного рода действий оказывались железнодорожные пути.

Между тем тогда, когда зима наконец закончилась и помыслы Гитлера сосредоточились на новом весеннем наступлении 1942 г., ничего подобного еще как будто бы не происходило, внешне все оставалось по-прежнему, и тем не менее процесс уже шел. Когда пережившие кошмар солдаты Вермахта выбрались из своих убежищ к теплому воздуху наступавшей весны, они представляли собой армию, закаленную суровыми реалиями войны в России, готовую к продолжению борьбы и обзаводившуюся новым, лучшим вооружением, однако менее гибкую и подвижную. И результаты не замедлили сказаться.

Глава 7. СТАЛИНГРАД

Германская кампания 1942 г., направленная на овладение нефтяными месторождениями Кавказа и промышленным центром, городом Сталинградом, и разгоревшаяся в результате этого одна из наиболее ожесточенных битв в истории войн привели к гибели немецкой 6-й армии.