Страница 30

Когда к концу сентября это сражение закончилось, Эйзенхауэр потребовал от своих генералов более взвешенных и продуманных действий на пути к немецкой границе и в итоге к главному барьеру — реке Рейн. Оправившись немного, Вермахт сумел воспользоваться осенними дождями, чтобы сдержать продвижение союзников. К ноябрю 1944 г. боевые действия на Западе, как казалось, вошли в состояние временной стагнации. Большинство командиров войск союзников склонялось к тому, чтобы возобновить кампанию к весне.

А тем временем Вермахт отчаянно пытался наскрести резервы для доукомплектования своих потрепанных частей и восстановления полностью утраченных.

Союзники недооценили противника. Еще в сентябре Гитлер отметил, что две американские армии из состава 12-й группы армий генерала Брэдли продвигаются по расходящимся маршрутам, почти разделенные Арденнами, где концентрация войск невелика. В отчаянной попытке сломить кончик острия наступления союзников на Западе и сосредоточить резервы на Востоке, где удары советских войск стали почти непрерывными (см. главу 11), фюрер задумал нанести удар бронированным кулаком через Арденны и через реку Маас так же, как проделал это в 1940 г., с тем чтобы захватить Брюссель и Антверпен. Такой маневр мог бы расколоть армии союзников надвое и вынудить Эйзенхауэра перейти к обороне, отдалив начало штурма границ Германии с запада. Получившая кодовое название «Вахт ам Райн» (т. е. «Стража на Рейне»), операция готовилась в атмосфере строжайшей секретности, отчасти для достижения эффекта внезапности, отчасти из-за недоверия, которое теперь испытывал Гитлер к армейским командирам. Начать прорыв предполагалось в середине декабря 1944 г., когда погода не позволит авиации союзников совершать боевые и разведывательные вылеты, что даст танкам по меньшей мере некоторый шанс на успех. К 15 декабря группировка общей численностью в 25 дивизий, 10 из которых были танковыми, сконцентрировалась в районе между Моншау на севере и Эхтернахом на юге: 275 тысяч немецких солдат и около 1000 единиц бронетехники стояли против менее чем 83 тысяч американцев при примерно 420 танках.

Погода начинает портиться, а немецкие пехотинцы устало шагают по дороге на севере Франции, отступая перед наседающими союзниками. Танк PzKpfw-V «Пантера» может не прятаться — небо затянуто тучами, так что ни один вражеский самолет не появится.

Немецкие горные стрелки со своей позиции во Французских Альпах в августе 1944 г. напряженно всматриваются в небо — не появится ли авиация союзников. Пулемет установлен на легком зенитном станке Дрейфусса. Обратите внимание на отличительную эмблему «Эдельвейс» на горном кепи солдата, стоящего справа.

Тщательно замаскированная легкая зенитка обеспечивает некоторую степень защищенности солдатам, окопавшимся на совершенно открытой местности в районе реки Саар летом 1944 г. Картина очень привычная для Первой мировой войны. Единственное, чего тут не хватает, это грязи, которой, впрочем, скоро станет более чем достаточно.

Грозные огневые средства ожидают появления войск союзников на Сааре осенью 1944 г. На переднем плане пулемет MG-42, а чуть дальше от него притаилась противотанковая пушка Pak-40. Все готовы к бою. Конечно, снимок сделан не во время боя — солдаты позируют фотографу, однако мы можем сделать обоснованный вывод, что даже на том этапе, когда до конца войны оставалось уже сравнительно немного времени, Вермахт еще сохранил способность кусаться.

Начавшаяся 16 декабря атака стала полной неожиданностью для тех, против кого она была направлена. Лишенные из-за обложной облачности воздушного прикрытия, американцы не смогли предотвратить прорыва, хотя довольно большое их число упорно держалось на отдельных изолированных участках, затрудняя развитие немцами темпа наступления на раннем его этапе. Боевая группа «Пайпер», острие наступления на северном фланге, сумела значительно продвинуться по долине реки Амблев, тогда как к югу от нее части заново введенной в строй 5-й танковой армии разгромили американцев на холмах массива Шнее-Эйфель, создав угрозу ключевым транспортным центрам в Сен-Вите и Бастони. Между тем успех оказался непродолжительным.