Страница 52

Переход на новую систему управления группировками Вооружённых Сил под руководством главных командований по ТВД в 1984 г. стал возможным благодаря созданию к началу 1970-х гг. основных и запасных защищенных пунктов управления, в том числе Центрального командного пункта (ЦКП) Ставки ВГК и Генерального штаба, главных командований направлений всех видов Вооружённых Сил, гражданской обороны, военных округов, групп войск, флотов и войск Объединенных вооружённых сил стран Варшавского договора.

В системе стратегического руководства особое место отводилось правительственным командным пунктам и ЦКП Генерального штаба (ЦКП ГШ), который был сформирован к 16 декабря 1964 г. в соответствии с решением начальника Генерального штаба Вооружённых Сил СССР Маршала Советского Союза С.С. Бирюзова. Первым начальником ЦКП ГШ был назначен генерал-майор А.В. Воронов. С 3 января 1966 г. на ЦКП ГШ было организовано круглосуточное дежурство сокращённым составом дежурных смен, а с 7 февраля 1966 г. началось постоянное боевое дежурство полным составом дежурных смен [217, с. 71]. В дальнейшем созданные подземные пункты управления дополнились воздушными и железнодорожными, а в оперативном звене — полевыми подвижными пунктами управления. Считалось, что при любых условиях начала войны они позволят обеспечить гарантированную передачу команд и ввод в действие Вооружённых Сил, особенно ракетно-ядерных средств стратегического и оперативно-тактического назначения, Большое внимание уделялось взаимозаменяемости пунктов управления, готовности ЦКП Генерального штаба взять на себя определенные функции КП главных штабов видов Вооружённых Сил, а при необходимости и главнокомандования на ТВД.

В целом, к началу 1980-х гг. была создана развитая система пунктов управления, обеспечивавшая высокую степень надёжности устойчивого управления Вооружёнными Силами при любых масштабах ракетно-ядерного нападения противника.

Считалось, что, как и в годы минувшей войны, Генеральный штаб станет основным органом Ставки ВГК по управлению Вооружёнными Силами. В военное время ему предстояла выполнять довольно большой объем задач: сбор и анализ обстановки; подготовка предложений для принятия стратегических решений; стратегическое планирование, организация управления, взаимодействия и обеспечения действий Вооружённых Сил; руководство их стратегическим развертыванием, ведением всех видов стратегических операций, комплектованием Вооружённых Сил, подготовкой театров военных действий; координация усилий союзных армий и т. п.

Тем не менее многие задачи управления приходилось решать совершенно по-новому. Требовалось обеспечить непрерывное слежение за обстановкой в глобальном масштабе, т. е. получать данные о развитии военных событий в кратчайшие сроки в различных районах земного шара. Необходимо было в считанные минуты принимать решения и отдавать приказы, осуществлять управление стратегическими операциями одновременно на нескольких континентальных ТВД, а также в воздухе, на море и в космосе и т.д. Никогда прежде высшие органы стратегического руководства СССР с такими проблемами не сталкивались.

B новых условиях возникала необходимость в передаче команд непосредственно до пусковых установок, ракетных подводных лодок и авиационных частей, минуя все промежуточные инстанции. Потребовалось перестраивать всю систему обработки информации с её отображением на экранах, создавать новые средства микрофильмирования, копирования и размножения, обработки и хранения данных.

В реалиях нового времени ни Ставка ВГК, ни Генштаб не могли, как прежде, осуществлять управление из постоянных мест дислокации. Обеспечить надежное руководство Вооружёнными Силами можно было лишь с постоянно действующих, отлично защищённых и технических оснащенных командных пунктов, которые требовалось занять ещё до начала войны. Все это и многое другое вынуждало перейти на новую структуру органов стратегического управления, разработать иные принципы их действий в боевой обстановке.

В 1970-1980-х гг. была тщательно отработана система руководства всеми группировками Вооружённых Сил в операции стратегических ядерных сил, стратегической операции по отражению воздушно-космического нападения и в стратегических операциях на океанских театрах военных действий.

Управление стратегическими ядерными силами предполагалось осуществлять строго централизованно с учётом специфических особенностей и различных вариантов возможного развязывания ракетно-ядерной войны. Право принятия решения на ввод их в действие принадлежало исключительно высшему политическому руководству страны, а боевые задачи вплоть до каждой пусковой установки, ракетной подводной лодки и любого экипажа стратегической авиации разрабатывал Генеральный штаб. Полётные задания рассчитывались в главных штабах РВСН, ВВС и ВМФ.