Страница 10

Тоня вздохнула, слегка взбила волосы, пригладила прическу рукой. Надев в прихожей легкие туфли в надежде, что снега на тротуарах почти не осталось, она вышла на улицу. И в лучах первого в этом году по-настоящему погожего апрельского дня ее мрачное настроение рассеялось.

***

В среду ровно в десять в дверь позвонили. На пороге стоял молодой человек в синей униформе не известной Тоне конторы. У его ног была большая картонная коробка, в которую поместилась бы микроволновая печь.

– Свердлова Антонина Николаевна?

– Да, это я. Вы от Андрея?

– Заказ номер четыреста пятьдесят шесть, – на какой-то свой вопрос ответил курьер и прошел в прихожую. – В ваш пакет входит подключение и тестовый запуск. Готовы?

Антонина ничего не поняла, но на всякий случай утвердительно кивнула, и парень присел на корточки, вскрыл канцелярским ножом коробу и достал из нее ворох вспененного полиэтилена. Развернув эти синтетические пеленки, он вынул пластикового уродца, в котором Антонина Николаевна не сразу разглядела механического зверька. Игрушка не слишком удачно изображала собаку: у него были толстенькие лапы, обрубок хвоста и большая лысая голова с торчащими ушами. Весь белый, только на левом глазу – фиолетовое пятно. Пластмассовый пес выглядел так, будто его рисовал не очень талантливый пятилетний ребенок.

Антонина тут же пожурила себя за эти мысли. «Хоть посмотри сперва, что прислали, а потом уже ворчи! И вообще, Андрей старался, прояви хоть немного благодарности, брюзга ты старая!».

Мастер спросил, где находится роутер, и попросил разрешения пройти. Антонина по привычке называла эту комнату, превращенную из проходной в изолированную при помощи фанерной стенки, «андрюшиной». Мастер водрузил электронного уродца на стол, достал ноутбук, открыл собачье пузо и подсоединил провода. Робот ожил со странным звуком. Когда-то давно в гастрономе через дорогу стоял игровой автомат, который подобными мелодиями зазывал покупателей сунуть в него пятидесятирублевую купюру: истерично и фальшиво. Поколдовав с компьютером, мастер привел электронного пса в движение. Тот сел, встал, сделал несколько шагов по столу, перебирая своими шарнирными лапами. Потом настройщик заговорил, и пес ответил ему – сначала по-китайски, потом на английском и, наконец произнес по-русски:

– Привет, Антонина! Я твой новый друг. Давай играть? Уафф!

Антонина поежилась от этого голоса.

– Все, я закончил. Можно пользоваться вашим персональным роботом-питомцем. Система очень простая: интерфейс с голосовым управлением. Кнопка включения/выключения на животе. Для зарядной станции выберите место на полу. Вот там удобно? – мастер показал на пространство между ножками телевизионной тумбы, – Тут и розетка свободная есть. Не отключайте станцию от сети и не перекрывайте роботу доступ к ней. И вайфай-роутер не отключайте – ему нужен интернет для регулярных обновлений. Можете прочесть инструкцию, но я знаю, что никто этого не делает, – подмигнул молодой человек. – Вот, пожалуй, и все! Поздравляю вас с появлением питомца! От живого выгодно отличается тем, что кормить его не надо. Да и тапки не грызет!

Получив подпись Антонины Николаевны, мастер ушел и оставил ее наедине с пластиковым уродцем. Не глядя на пса, она прошла на кухню. Пока чайник грелся, Тоня присела на угловой диванчик и посмотрела в окно. Ребята шли из школы, размахивая рюкзаками.

Тоня пожевала губами. Она вспомнила, как Андрей просил собаку, когда ему было лет двенадцать. С классическими детскими аргументами «я сам буду за ней ухаживать». Но она стояла насмерть, понимая, что к ее заботам прибавится еще и пес, которого надо кормить, лечить, выгуливать, дрессировать. Сергей деликатно самоустранился из противостояния матери и сына по поводу животных в доме. А потом где-то раздобыл японскую диковинку: яичко, внутри которого жил игрушечный питомец. На крошечном экране резвилась маленькая собачка, Андрей давал ей нарисованные косточки и убирал за ней электронные какашки. По вечерам он укладывал это пластмассовое яичко на свою подушку. Несколько недель спустя игрушка куда-то завалилась, и Андрей не мог кормить питомца несколько дней. Тогда Тоне казалось очень педагогичным, что излишне правдоподобный электронный зверек скончался по недосмотру ее сына. Впрочем, Андрей был уже достаточно большим, чтобы излишне убиваться из-за смерти примитивной картинки.

Тоня вздохнула, принесла из комнаты игрушку и поставила его на кухонный стол, сама села на диванчик и уставилась на пса, подперев щеку рукой. Глаза-маслинки не выражали абсолютно ничего. Обычная пластмассовая собака, только разговаривать умеет.

– Тебя как звать-то? – спросила Тоня у собаки.