Страница 8

Нормальный боезапас насчитывал 120 снарядов всех типов на орудие, хотя крейсера без особых проблем могли принимать и по 140, а всего погреба вмещали 1308 бронебойных, полубронебойных и фугасных, а также 40 осветительных, включенных в боекомплект только возвышенных башен. Величина боезапаса на ствол примерно соответствовала аналогичным значениям для вашингтонских крейсеров других стран. В нормальный комплект входило по 320 снарядов каждого из трех основных типов, однако при выполнении конкретных заданий соотношение могло меняться. Известно, что при выходе в Атлантику "Адмирал Хиппер" имел 637 бронебойных, 627 полубронебойных и только 206 фугасных снарядов с головным взрывателем (как увидим позднее, это в определенной мере сказалось на эффективности его действий).

Даже для столь развитой промышленной державы как Германия, производство боезапаса нового калибра представляло собой определенную проблему. В конце 1939 года имелось всего по два боекомплекта для "Хиппера" и "Блюхера", а "Принц Ойген" должен был довольствоваться одним (второй комплект снарядов изготовили только к августу 1940-го). Третий боекомплект для всех трех тяжелых крейсеров удалось поставить только к концу следующего, 1941 года.

Система управления артогнем на крейсере "Адмирал Хиппер"

1- основание башни зенитного директора; 2,3 - прожекторные директоры; 4- вспомогательный директор; 5,8 - торпедные директоры; 6 - броневой пост УАО; 7 - ходовая рубка; 9 - перископы; 10 - директор ГК; 11 - 3-метровый дальномер; 12 - директор для стрельбы освветительными снарядами; 13 - боевая рубка; 14 - рулевой пост; 15 - машинный телеграф

Ко второй мировой войне в полной мере выяснилось, что артиллерийское оружие корабля эффективно настолько, насколько эффективна его система управления стрельбой. В этом отношении германские тяжелые крейсера являются примером исключительно удачного сочетания оружия и средств его наведения на цель, может быть, наилучшего в этом классе боевых судов.

Еще со времен предыдущего мирового конфликта немецкие конструкторы уделяли чрезвычайное внимание системам управления стрельбой и до введения радиолокационных дальномеров Германия занимала ведущее место в мире по всем их компонентам. На тяжелых крейсерах имелось три основных поста управления огнем главного калибра, расположенных на верху башенноподобной носовой надстройки, перед ней и на кормовой надстройке, а также два поста для управления стрельбой ночью - носовой и кормовой. Главный, самый верхний пост состоял из двух полностью дублирующих друг друга директоров (КДП) С/38К, обслуживающих орудия при стрельбе на левый или правый борт. Оба КДП стабилизировались в трех плоскостях; в дополнение к этому имелась местная стабилизация линии прицела. Дублирование КДП обуславливалось не только стремлением к повышению надежности, но и общей политикой Морского штаба, требовавшего, чтобы посты управления стрельбой имели небольшой размер и были хорошо защищены. В результате они вмещали только трех человек персонала и имели довольно узкие секторы обзора, что требовало установки нескольких постов. Поэтому сдвоенный верхний пост дополнялся еще двумя КДП той же марки С/38К, расположенными на носовом и кормовом мостиках. Все посты оборудовались дальномерами: 7-метровым наверху и 6-метровыми на мостиках. Начиная с "Ойгена", все три были 7-метровыми. Дальномеры были довольно тяжелыми и поэтому вращались с помощью специального электропривода. Первые два корабля отличались тем, что не имели куполообразных прикрытий дальномеров в посту на носовом мостике.

Ночные СУАО выполнялись по упрощенной схеме. Вместо полностью стабилизированного поста использовались небольшие директоры Zielsaule С/38К, оборудованные специальным устройством для управления стрельбой осветительными снарядами. Два таких директора располагалось на носовом мостике и один - на кормовом. Помимо этого, имелись специальные посты дистанционного управления прожекторами (4 на носовом мостике и 2 - на кормовом) и посты управления торпедной стрельбой, два из которых располагались в бронированной рубке СУАО главного калибра на носовом мостике.