Страница 20

В России военно-санитарное дело в прежнее время также было поставлено плохо. В первой половине XVII в. в армии почти вовсе не было врачей. Грамотой царя повелевалось воеводам за неимением лекарей «самим осматривать больных всех и тех, кому от болезней легости нет, отпускать по домам». В.то время от больных и раненых даже откупались, выдавая на руки на «лечьбу» деньги, а где и как лечиться — предоставлялось на усмотрение каждого5. По указу от 1677 г. тяжело раненным давали по 1 руб., а легко раненным, у которых раны зажили,— по 16 алтын. Позднее царь Федор несколько повысил «ставки» ратным людям, остававшимся на службе: «на лечьбу ран» назначали по 4, 3 и 2 руб. каждому, «смотря по ранам, а за легкие — по рублю»6.

К концу этого же века положение раненых несколько улучшилось. Была введена практика размещения раненых по частным домам. В 1678 г. в Москве был открыт первый в России

1P. Myrdacz, Das franzosische MilitaT-Sanitatswesen, Wien, 1897, S. 20. 8 Ibid., S. 36.

3F, H. Garrison, Notes on the History of Military Medicine, Washington, 1922, p. 141.

* S. Kirchenberger, Geschichte des K. und K. Osterreichisch-ungarischen Militar-Sanitatswesen, Bd. II, H. 3, Wien, 1895, S. 173.

8A. H. Алелеков (при участии H. И. Якимова), История московского военного госпиталя в связи с историей медицины б России к 200-летнему его юбилею 1707—1907, М., 1907, стр. 17, 18.

в Указ от 29 сентября 1678 г., цит. по сборнику «Столетие военного министерства 1802—1902», Главное военное медицинское управление. Исторический очерк, ч. 1, Спб., 1902, стр. XXV.

«военно-временный госпиталь». Из 535 раненых в первой партии после Чигиринских боев 159 было оставлено в госпитале, остальные лечились по домам или самостоятельно1. Первый постоянный военный госпиталь был открыт в Москве лишь в 1707 г., а з 1716 г. — второй в Петербурге. Кроме того, Петр I учредил постоянные военные госпитали в Киеве, Ревеле и Риге. Наряду с этим к 1716 г. были уже созданы полевые и дивизионные лазареты (шпитали) 2. Но этого было еще слишком мало для военно-санитарного обслуживания всей армии, и масса раненых умирала на полях битв.

В XVIII в. раненые различных европейских армий часто целыми днями лежали на полях сражений, испытывая невыразимые мучения, и умирали тысячами, прежде чем они попадали в лазарет3. В 1760 г., во время Семилетней войны, после битвы при Торгау, 3 тыс. раненых пробыли без всякой пищи и без какой бы то ни было врачебной помощи в течение 6 дней4. Этим и объясняется, что 2 тыс. из них умерли в течение 8 недель после боя5.

Для XVIII в. имеются скудные данные о летальности от ранений. Так, например, по сообщению полковника Дринкуотера, во время осады Гибралтара в 1779—1783 гг. в английской армии из 1118 раненых умерло 110 человек, т. е. 9,9% умерло от ран6. В конце столетия, во время знаменитого Суворовского похода в 1799 г., из 10016 раненых умерло 1190 человек, т. е. 12% 7. Имеются основания полагать, что и в начале столетия этот процент выражался в таких же цифрах, т. е. примерно находился на уровне 10—12.

1 Л. Ф. Змеев, Первый в России военно-временный госпиталь, «Исторический вестник», т. XXV, 1886, стр. 104.

2С. И. Езерский, Главный военно-санитарный комитет, Спб., 1902, стр. 3—4.