Страница 26

виях бездорожья часто отставали от армии, и после боя французские врачи не имели ни лекарств, ни перевязочных средств. Французский интендант Пюибюск описывал положение раненых в самых мрачных красках. «Горе раненым, — пишет он,— зачем они не дали себя убить. Несчастные отдали бы последнюю рубашку для перевязки ран; теперь у них нет ни лоскутка, и самые легкие раны делаются смертельными... Мертвые тела складываются в кучу, тут же, подле умирающих, на дворах ив садах; нет ни заступов, ни рук, чтобы зарыть их в землю»1.

Медицинского персонала в ту пору было крайне мало. Так, например, 19 августа 1812 г. министр внутренних дел доносил Александру I о русских солдатах, раненных под Витебском: «Многие из них от самого Витебска привезены не перевязанные, ибо при них было только двое лекарей, а в лекарствах и перевязках — совершенный недостаток»2.

После Бородинской битвы огромное число раненых осталось лежать на поле боя. По словам одного из участников, когда после боя оставшиеся в живых с наступлением ночи жгли костры, то «около каждого огня... собирались раненые, умирающие, и скоро их было больше, чем нас. Подобные призракам, они со всех сторон двигались в полумраке, тащились к нам, доползали до освещенных кострами кругов. Одни, страшно искалеченные, затратили на это крайнее усилие, последний остаток своих сил: они хрипели и умирали, устремив глаза на пламя, которое они, казалось, молили о помощи; другие, сохранившие дуновение жизни, казались тенями мертвых»5. Многие раненые умерли скорее от голода, чем от ран. После битвы при Лейпциге в 1813 г. еще на седьмой день приносили раненых с поля боя. «Но огромным было число тех раненых, которые умирали па поле боя, не получив никакой помощи»4.

Исходя из принятого выше процента летальности (10—11%), общее число умерших от ран в войнах 1800—1815 гг. может быть принято равным 220 тыс. человек. Так как число убитых выше было определено в 680 тыс., то общий-размер безвозвратных боевых потерь во всех войнах этого периода составил 900 тыс. человек.

§ 4. От 1815 г. до войн эпохи империализма

1Н. Бернацкий, Устройство военно-санитарной части, болезни и их лечение у воюющих сторон во время Отечественной войны, «Военно-историческим сборник» № 3, 1913, стр. 224.

2Е. Тарле, Нашествие Наполеона на Россию. 1812 год, стр. 86.

3Н. Бернацкий, цит. статья, стр. 225.

4P. Myrdacz, Das deutsche Militar-Sanitatsvvesen, S. 21, 25—26.

Битву при Ватерлоо отделяет от первых сражений мировой войны 1914—1918 гг. промежуток времени, равный почти столетию. За этот период Европа не раз сотрясалась под грохотом

пушек, но все войны этого столетия носили сравнительно локальный характер, охватывая одновременно максимум четыре-пять стран.

Период, прошедший со времени крушения наполеоновской империи до первых войн эпохи империализма, характеризовался бурным развитием промышленного капитализма, переходом к монополистической стадии капитализма и разделом мира между несколькими державами.

Первая половина этого периода прошла в Европе под знаком гегемонии России. Однако после поражения в Крымской войне Россия утратила свою гегемонию в европейских делах, которая на короткий период перешла к Франции.

На протяжении XIX в. в значительной степени теряла свое влияние империя Габсбургов, Австрия, перед которой когда-то трепетали многие государства и которая веками угнетала свободолюбивые славянские и итальянские народы. После формального преобразования в 1867 г. в Австро-Венгрию эта «лоскутная монархия» непрерывно подтачивалась борьбой угнетенных ею наций, не прекращавших попыток добиться своего освобождения.