Страница 76

входят в палатки солдат, застают их неожиданно и перерезывают им горло прежде, чем те успеют начать свою защиту; наконец, не забывайте, что именно болезни ослабляют и губят целые армии».

Мы привели этот пространный диалог для того, чтобы подчеркнуть роль эпидемии в армиях и показать, как они представлялись современникам в конце XVII в. Действительно, не может быть никаких сомнений, что эпидемии в XVII в. наносили больший урон, чем оружие неприятеля.

Для XVII в. не представляется возможным исчислить непосредственно санитарные потери армий во время войн, так как от этой эпохи до нас дошли лишь отрывочные данные. Поэтому число умерших от болезней в войнах XVII в. можно определить, лишь применив коэффициент, характеризующий соотношение между санитарными и боевыми потерями.

Как же подойти к определению этого коэффициента? В военно-санитарной литературе XIX в. имел широкое хождение коэффициент, равный 6. Это означает, что в войнах прежних веков число умерших от болезней в б раз превышало число умерших от оружия. Такой коэффициент приводил, например, знаменитый немецкий врач Роберт Кох1. Встречаются и другие соотношения. Так, например, немецкий статистик Кольб исчислил, что за период 1733—1864 гг. 1,5 млн. человек погибло в войнах от оружия и 6,5 млн. — от болезней. Эти цифры дают коэффициент, равный 4'/з- Вероятно, на этом.основании в некоторых работах фигурирует также цифра 4 как соотношение между числом умерших от болезней и от оружия2.

Наряду с такими высокими коэффициентами применяются и более низкие. Так, например, Фрёлих полагает, что для войн второй половины XIX в. этот коэффициент надо считать равным 2.

1R. Koch, Die Bekiimplung der Infektionskrankheiten, insbesondere der Kriegsseuchen, Berlin, 1888, S. 9.

navh den Erfahrungen der letzten Kriege, «Chirurg» № 11, 1939, S. 769.

Ниже приводятся конкретные данные об эпидемиях в армиях во время войн на протяжении XVIII и XIX вв. Тщательный анализ всех этих материалов показал, что даже при огромном размахе эпидемий приведенные выше коэффициенты (4 и 6) резко преувеличены. Такое соотношение между санитарными и боевыми потерями действительно имело место лишь в отдельных кампаниях, особо неблагоприятных в санитарном отношении, но в качестве средней величины указанные коэффициенты не могут быть взяты. Данные, охватывающие целые войны, говорят, что соотношение между санитарными и боевыми потерями колебалось от 1,5 до 3. Так, например, этот коэффициент был равен 1,6 в корпусе Гордона во время первого Азовского похода

Петра I в 1695 г.1, 1,9 — в австрийской армии в Семилетнюю войну, 2,8 — в армии Веллингтона в Испании в начале XIX в., 2,4 — в британском флоте в 1793—1815 гг. В целом по XVIII в. примем коэффициент, равный 2.

Учитывая, что в XVII в. военно-санитарное дело было поставлено хуже, чем в XVIII в., считаем все же более правильным для XVII в. взять тот же коэффициент. Принятие более высокого коэффициента было бы неверным, так как численность армий в XVII в. была меньше, чем в XVIII в., а размеры санитарных потерь зависят не только от размеров боевых потерь, но и от общей численности войск.

Число убитых для XVII в. было, выше исчислено нами в 950 тыс. человек, а количество раненых приближалось к 1,5 млн. человек. Тяжело раненные погибали на поле боя, поэтому процент умерших от ран не мог быть выше 10. Считая, следовательно, что впоследствии умерло от ран 150 тыс. человек, летальные боевые потери в XVII в. составили 1 100 тыс. человек. Принимая коэффициент 2 для санитарных потерь, получаем, что общее число умерших от болезней в армиях в войнах XVII в. составило 2 200 тыс. человек.

Эпидемии наносили армиям огромный урон и в XVIII в. Для этого столетия сохранились более обширные статистические материалы о смертности от болезней, поэтому имеется возможность произвести ориентировочные расчеты санитарных потерь в крупнейших войнах этого века.