Страница 13

Совмещенные закладку и спуск “Адмирала Корнилова”, как доносил Е.И. Алексеев, планировали на начало февраля 1887 г., но для верности, чтобы дождаться наибольших весенних приливов”, отложили до 28 марта. Но даже и этой отсрочки едва хватало, чтобы довершить все подготовительные работы. По состоянию на 15 марта 1887 г. Набор корпуса, стальная и наружная деревянная обшивка были завершены полностью, полубак и на 25% продольную трюмную переборку склепали наполовину. Из броневых плит третью часть настлали и закрепили, прокатку остальных завершили и по мере готовности доставляли на стапель. Завершили испытания водонепроницаемости отсеков.

Закончили и спусковой фундамент. Вес установленного в корпус материала составлял 1564 т, в готовности к установке находилось еще 27 т. Спешили с заменой забракованных деталей механизмов, к установке после спуска готовили вспомогательные механизмы кормовой машины. Обстоятельные донесения по корпусу и по механизмам вместе с наблюдающими инженерами (уже переименованными в полуштатские “звания” – один – в “младшего судостроителя, другой – в старшего инженер-механика) подписывал, соблюдая коллегиальность донесений, и капитан 1 ранга Е.И. Алексеев. Уточнялось, что работы выполнены тщательно, употребленный в дело материал доброкачественный. Но физико-механические свойства, как того требовал МТК, по-прежнему не приводились. Нам неизвестны частные письма наблюдавших инженеров об обстановке, в которой проходили работы, но не склонен был к таким откровениям и Е.И. Алексеев.

Спуск, слава Богу, прошел благополучно. Е.И. Алексеев подал рапорт И.А. Шестакову из Парижа от 31 марта о спуске, состоявшемся 28 марта/9 апреля 1887 г. “В этот же день, – говорилось далее, – в 11 утра на крейсере было отслужено молебствие, по окончанию коего последовало прибитие закладной доски” (никаких подробностей о месте установки доски и обстоятельствах этого акта агент, как и наблюдающий инженер, не сообщал). “В исходе 3 часа пополудни, – продолжал Е.И. Алексеев, – приступлено к отнятию последних подставок, и в 3 ч 20 мин в момент полной воды крейсер, имея поднятыми: кормовой флаг, гюйс и штандарт государя императора, а также французский национальный флаг, сошел на воду в высшей степени удачно.

Корпус крейсера I ранге "Адмирал Корнилов" перед спуском на воду. 28 марта/9 апреля 1887 г.

Многочисленная публика, собравшаяся на верфи из Нанта и С. Назера, весьма сочувственно сопровождала спуск “Адмирала Корнилова” криками “vive la Russie”, а музыка исполняла наш гимн “Боже царя храни”. Так как Луарское общество “воздержалось от придания этому дню большой официальности” и не делало официальных приглашений (соображений на этот счет тоже не приводилось), уточнял Е.И. Алексеев, то на спуске крейсера, кроме местных властей, никаких представителей правительства не было.

Свидетельствуя о своем личном осмотре трюмов, Е.И. Алексеев подтверждал полное отсутствие течи в корпусе и приводил ошибочные сведения об осадке (кормой 13 фут 2 дм и носом 8 фут 8 дм), “что и было предвидимо вычислениями. Таким образом, перегрузки в корпусе не имеется”.

В первую очередь, после работ в доке, куда корабль ввели сразу после спуска, строители предполагали закончить пробу концевых переборок, завершить установку на место палубной брони и сооружение “носовых выступов”, а также начать ставить мостики и прикрытие для орудий, полагали погрузить первую группу котлов и вспомогательные механизмы.

В начале мая снова введя корабль в док, планировали закончить забортные кронштейны, проверить гребные валы и установить на место руль и гребные винты. В июне, уже на плаву, рассчитывали погрузить вторую группу котлов и обе машины, а в продолжение лета поставить мачты, приступить к вооружению (парусный термин, обозначавший все главные такелажные и рангоутные работы – P.M.) и столярной отделке внутренних помещений. С этой последней работой надо было успеть непременно до ноября, чтобы опередить наступление периода дождей с его неисчислимо вредоносной сыростью.