Страница 17

Быстроходные, с большим радиусом действия одиночные крейсера могли подолгу и безнаказанно охотиться за невооруженными «купцами», отбирать груз, уничтожать их. Вот почему целые эскадры воюющих стран во время войны выслеживали, гонялись за этими корсарами XIX века.

Все морские державы стали соревноваться в постройке новых «пенителей моря» – крейсеров.

Русские кораблестроители на отечественных заводах строили крейсера, которые зачастую служили образцом для иностранных флотов. Так, около 1870 года русскими кораблестроителями были спроектированы и построены броненосные океанские крейсера «Генерал-адмирал» и «Герцог Эдинбургский».

Чтобы представить себе, как развивался этот класс кораблей, сравним между собой фрегат конца XVIII столетия и крейсер конца XIX века.

Крупный фрегат конца XVIII столетия был длиной примерно в 60 метров, шириной около 12 метров; его водоизмещение равнялось 2 тысячам тонн. На фрегате было больше 40 пушек; они стреляли на расстояние в тысячу метров. Такой корабль защищался своего рода «броней»: особенно прочная древесина – каменный дуб – опоясывала его борты слоем в 55 сантиметров. Скорость была не больше и узлов, но и эта скорость зависела от ветра. Фрегат был одновременно и сильным боевым кораблем и мог оказать линейным силам большую помощь своей артиллерией.

В 1892 году был заложен и вскоре построен русский броненосный крейсер «Рюрик», один из лучших и сильнейших кораблей этого класса.

Очень образно сравнил этот крейсер со старым фрегатом знаменитый русский адмирал С. О. Макаров:

«Машина и котлы на крейсере «Рюрик» занимают по длине 192 фута в самой широкой части корабля. Чтобы ясно представить себе, что такое 192 фута такого судна, как «Рюрик», можно сказать, что если бы вынуть из него всю машину с котлами и угольными ямами и налить туда воды, то образовался бы бассейн, в котором совершенно свободно мог бы разместиться на швартовах весь фрегат прошлого времени со всем его экипажем и со всеми его пушками. Кругом фрегата осталось бы даже достаточно свободного места, чтобы обойти его на шлюпке».

Водоизмещение «Рюрика» достигало почти 11 тысяч тонн – он был в пять с половиной раз больше крупнейшего фрегата XVIII века. Скорость «Рюрика» оказалась в полтора раза больше (18,5 узла), его пушки стреляли в несколько раз дальше, и прицельность их была выше.

Смелые и успешные действия русских крейсеров на японских коммуникациях в 1904 году еще раз подтвердили большую роль этого класса кораблей. А вскоре турбинные двигатели увеличили скорость хода новых крейсеров, которая стала приближаться к 30 узлам.

В то же время из общего класса крейсеров стали выделяться более крупные, лучше бронированные и сильнее вооруженные корабли – тяжелые крейсера, которые сохранили свою скорость и в то же время вернули себе роль боевых помощников броненосцев, их стражи в походе и застрельщиков в бою, завязывающих сражение.

Сверху: русский броненосный крейсер «Рюрик». Внизу показаны очертания корабля и, для сравнения, внутри нарисован фрегат времен парусного флота.

Так появился потомок каперов и фрегатов, стремительный броненосный крейсер, не только корабль-корсар – гроза неприятельской морской торговли, но и корабль- разведчик, корабль-дозорный, корабль – помощник в бою, вооруженный мощной и скорострельной артиллерией калибра 203 и 152 миллиметров (6-9 орудий) и обладавший скоростью до 30 узлов. Броневой пояс, толщиной равный приблизительно калибру главных орудий, защищал его борты. Легкие крейсера были менее вооружены и защищены, их водоизмещение было чуть ли не вдвое меньше, но скорость больше. Эти корабли выступали и в роли вожаков – «лидеров»- эскадренных миноносцев и водили их в атаку на линейные силы противника.