Страница 7

Пегас прилетел на Геликон и так стукнул копытом о вершину горы, что та с перепугу вернулась к исходному размеру, музы разбежались, а из горы начал бить источник Гиппокрена. Как говорится, в огороде бузина… При чем тут поэты? Неужели греческие поэты шли на гору с кувшинами и, напившись, несли воду про запас? Или, может, нанимали для того специальных носильщиков? Да и что за вода такая — ни один источник не вдохновляет, а этот вдохновляет?

Но истина, оказалось, таилась не в воде, а в музах. Музы поэзии и иных искусств вскоре прослышали о чудесной Гиппокрене и стали собираться там на прохладной вершине, в сени дерев, в жаркие дни, купаться и водить хороводы вокруг источника. Таким образом вдохновлялись сами музы, а вдохновившись, мчались к преданным им поэтам и вдохновляли тех всеми доступными им способами.

Поэтому, когда Пушкин писал, обращаясь к Батюшкову:

он как бы отнимал у муз их законное право быть переносчицами вдохновения.

Впрочем, что музам обижаться, ведь Пушкин лукавил. Он же был «невыездной» и ни разу не побывал в Греции. Это видно из стихотворения — все музы знают, что вода темно — фиалковая, а Пушкин думал, что светлая.

***Кентавры***

С настойчивым стремлением отыскать генеалогию любой мифологической мошки, создатель «таблицы мифов» нашел прародителей кентавра. Честно говоря, до того как приняться за эту книгу, я полагал, что кентавры — народец, подобный нимфам или амазонкам. Но ничего подобного — у кентавров обнаружился отец, а вот вопрос о матери остался открытым.

Оказывается, кентавры пошли от Иксиона, царя лапифов, отца Пейритоя. Высокими моральными качествами Иксион похвастать не мог — тестя убил, не желая платить выкуп за невесту, к Гере, жене простившего его Зевса, с наглыми предложениями приставал… Правда, Зевс к этому отнесся с юмором, хотя и черным, и в решительный момент подменил свою жену облаком, сделанным точно по ее образу и подобию. Иксион накинулся на облако, подобно жеребцу, и облако — только на Олимпе такое могло случиться! — забеременело. Да не одним младенцем, а стадом кентавров мужского пола. Судя по всему, их было не менее нескольких десятков. И все кричат на весь, Олимп Иксиону: «Папа!» Так что всю семейку выгнали с Олимпа.

Из кентаврят выросли разнообразные характеры. Некоторых мы знаем по именам, другие вели себя, как животные, и отличались от коней лишь склонностью к алкоголизму.

Нет единого мнения, как они выглядели, На наиболее древних монументах и вазах их изображали как коней с человеческими головами, Но уже на храме Зевса в Олимпии кентавр изображен в виде коня с торсом человека. Оно и понятно: если у кентавра не было рук, то чем бы он держал чашу с вином?

Историки не без оснований считают, что в кентаврах греки, не знавшие в архаическую эпоху верховой езды, отразили свои ощущения от встречи с кочевниками, которых они восприняли как единое целое со своими конями.

Во времена Рима, когда не только философами, но и поэтами овладел скептицизм, Лукреций в своем опусе «О природе вещей» утверждал, что кентавр не может существовать. Как бы вы, уважаемый читатель, аргументировали такое заявление? Лукрецию не откажешь в остроте ума: жеребенок, напоминает он, становится взрослым в три года, а человеческое дитя в этом возрасте только — только начинает говорить. Как совместить жеребца, желающего жениться, и вчерашнего младенца?

С кентаврами связано немало мифов, в которых они выступают то индивидуально, то всем стадом. «Кентавромахия», или «Война с кентаврами», — сюжет фриза Парфенона в Афинах.

Началось все с того, что Пейритой, законный сын развратника Иксиона, выросший в славного богатыря — не чета отцу, решил помериться силой с Тесеем. Битвы не вышло — противники полюбились друг другу, и Пейритой пригласил Тесея на свадьбу с Гипподамией. На свадьбе оказались и кентавры, что не удивительно, если учесть, что Пейритой признавал этот буйный копытный народ своим коллективным братом.