Страница 38

Офицеры с “Паллады": младший врач Г. П. Сильверсван (слева) и мичман Л. В. Воскресенский

По счастью, для русских немцы, как и японцы под Порт-Артуром, оказались неспособны оценить эффект первой внезапной атаки и привели только одну лодку, и притом устаревшего типа. Операцию обеспечивали, буксируя лодку до подхода к о. Даго, устарелый крейсер “Амазоне” (21,5 уз) и миноносец АЗ. Операция, как это следовало из “Боевой летописи русского флота”, кончилась полной неудачей: U3 не сумела выйти в атаку на русские крейсера, “Магдебург”, выскочивший на камни у маяка Оденсхольм, пришлось подорвать, а “Аугсбург”, обстреливавший русские тральщики (они определяли границы немецкого заграждения), был, как говориться в “Летописи” (с. 363), отогнан подошедшими дозорными крейсерами “Адмирал Макаров” и “Баян”.

Сказать об этом следовало несколько иначе. Успев потопить один из русских тральщиков (их почему-то не охраняли), “Аугсбург” хитроумными маневрами вплоть до имитации повреждения котлов и паропроводов (Р. Фирле с. 111–115), пытался навести два русских крейсера на позицию U3. Но старший в отряде командир “Адмирала Макарова” на уловки не поддался. Был ли он столь проницателен, что сумел разгадать маневр противника или, подобно такому же доблестному начальнику своей бригады Н.И. Коломейцову, как это было при постановке немцами 4/17 августа 1914 г. своего заграждения на виду русских дозорных крейсеров (Фирле, с.84, 89), просто перетрусил, но о попытках решительного сближения с противником для его немедленного уничтожения не было и речи. Весь флот был под все более нараставшим тяжким гнетом ожидания вот-вот грядущего неминуемого вторжения неисчислимой германской армады, и многим русским командирам любой появившийся с запада легкий крейсер противника начинал казаться всем германским флотом.

Был ли опознан противник на “Адмирале Макарове” и дано ли было об этом оповещение флоту неизвестно. В выписках о плавании крейсера — запись за 14 августа гласит: “6 ч. 35 м. пополудни открыли огонь из 8-дм орудий по германскому крейсеру, который ответил залпами бортовых орудий. 7 ч. 10 м. — отбой боевой тревоги.

Долгого боя, как это выглядит в книге Р. Фирле, не получается. Получается другое. Из записей военного дневника И.И. Ренгартена следует, что “Макаров” и “Баян”, находясь от “Аугсбурга” южнее, имели все возможности отрезать ему путь к отходу, но в силу “совершенно нелепых действий” командира “Макарова” сделано это не было. 18 августа он был уже смещен Н.О. Эссеном с должности. Его заменил капитан 1 ранга П.М. Плен (1875–1918, чекисты), имевший в Порт-Артуре, где он был на “Баяне”, репутацию “отличного моряка и очень храброго' человека”. Так писал о нем В.М. Белли, а Н.Н. Ренгартен в дневнике заметил коротко: “этот дела не испортит”. Тактически и материально проиграв (за потопленный тральщик “Проводник” русским достался “Магдебург”), немцы одержали стратегическую победу с далеко идущими последствиями. Они практически убедились в том, насколько слаба или просто отсутствовала оборона русских берегов и до какой степени безынициативны оказались два русских крейсера, неизмеримо превосходившие по мощи “Аугсбург”.

Немцы не получили того урока, который мог бы заставить их воздержаться от дальнейших операций. Их предприимчивость была подавлена, если бы два русских крейсера, будь при них миноносцы, могли бы изловить и по частям уничтожить разрозненно действующие корабли немецкого отряда. Все получилось наоборот. Они убедились, что можно и в дальнейшем предпринимать и более рискованные операции в слабо защищенных русских водах. В итоге последовала цепь событий, которые косвенно привели к гибели “Паллады”, а затем и почти беспрепятственным действиям германских подводных лодок вблизи баз русского флота — вплоть до Кронштадта.

Н.О. Эссен прилагал усилия к тому, чтобы парировать немецкую активность и 14–16 сентября, как планировал ранее (“в первый шторм, в безлунную ночь сходить к немцам”), на “Рюрике” в сопровождении “Паллады” совершил рейд до параллели Хоборга. Немецких дозоров не обнаружили и, выдержав в пути жестокий 11 балльный шторм, вернулись на новый рейд близ о. Эре.

В то же время невообразимая удача U9, последовательно потопившей 9/22 сентября три английских дозорных крейсера “Абукир”, “Хог” и “Кресси”, оказалась для русского флота недостаточна. Несмотря на приказ Н.О. Эссена об охране крейсеров миноносцами, их опять не оказалось около “Адмирала Макарова”, который 27 сентября/10 октября во время осмотра парусника подвергся атаке U26, появившейся в русских водах вместе с U23. По счастью (крейсер, окончив осмотр, дал ход в момент залпа U26) или искусству командира (В.А. Белли писал, что П.М. Плен сумел “увернуться”), обе торпеды немецкой лодки (командир крейсера считал, была выпущена и третья) в “Адмирал Макаров” не попали.