Страница 12

Так и не добившись желаемого единодушия, МТК, по давно установившейся сомнительной традиции, предоставлял выбор окончательного варианта на "благовоззрение" управляющего Морским министерством. Но и у министра было за кого спрятаться. Поручив Балтийскому заводу переделать свой проект под укороченную длину броненосца (не более 121,9 м) и с защитой легкой артиллерии (речь шла о 75-мм пушках) за счет уменьшения толщины поясной брони на 50,8 мм против предусмотренной в проекте А. Лаганя, П. П. Тыртов приказал об уменьшении поясной брони "доложить Его Высочеству". "Его Высочество" счел предложение разумным. Так в ходе не весьма глубоких обсуждений решалась судьба проектов для постройки кораблей на отечественных верфях.

И хотя начальство по-прежнему ожидало, что получение чертежей из Франции позволит ускорить работы, было ясно, что всю рабочую документацию и ее согласование в объеме проекта придется выполнять заново. Это было предопределено и увеличенными главными размерениями по проекту Балтийского завода (вследствие чего водоизмещение возросло до 13 516 т), и установкой изготовленной по собственному проекту паровой машины мощностью 15800 л. е., и применением башенных установок Путиловского завода.

За ними последовала серия других изменений, в результате которых от проекта А. Лаганя оставалась в неприкосновенности лишь общая конструктивная идея. Ее – в том виде, как она с замечаниями была принята по журналу № 5 от 12 января 1898 г. – МТК считал незыблемой и даже отказывался рассматривать многие из чертежей завода по корпусу и механизмам, считая, что они должны в точности соответствовать французскому образцу. Но чертежи штевней, кронштейнов гребных валов и других главнейших деталей пришлось все же утверждать заново.

Не отклоняясь существенно от теоретического чертежа, во всем следуя спецификации по корпусу и сохранив неизменной форму его продольного разреза (включая и по-французски изысканную, но в дальнейшем доставившую лишние хлопоты вогнутость линии киля в кормовой части), русские внесли в него и принципиальные изменения. Первым было усовершенствование броневой защиты, которую признали необходимой для 75-мм пушек. Стоявшие на "Цесаревиче" за легким бортом, они на кораблях петербургской серии были прикрыты третьим поясом брони толщиной 76 мм. Образованный таким путем каземат прикрывали 32-мм крышей, а орудия, для повышения их живучести, разделили 12,7-мм переборками. За это усовершенствование, не посмев увеличить водоизмещение, заплатили уменьшением (в сравнении с "Цесаревичем") толщины плит поясов брони: нижнего -с 250 до 194 мм, верхнего – с 203 до 152 мм.

Улучшили и узел соединения броневой палубы, борта и продольной внутренней переборки. На "Цесаревиче" и двух первых строившихся в Петербурге кораблях "Бородино" и "Императоре Александре III" броневая горизонтальная палуба, не доходя до борта, закруглялась и переходила в вертикальную, той же 40-мм толщины (из двух слоев), опиравшуюся на второе дно внутреннюю броневую переборку.

Эскадренный броненосец "Цесаревич" прибыл в Россию.

Получавшийся таким образом внутри корпуса прочный броневой ящик имел, однако, явно недостаточную связь (посредством широкого, толщиной 20 мм, горизонтального стрингера) с бортом и внутренним шельфом главного броневого пояса. Действительно, как выяснилось при подрыве "Цесаревича" ночью 26 января 1904 г., именно этот широкий стрингер не выдержал взрыва и позволил воде в обход сохранившегося в неприкосновенности внутреннего ящика распространиться поверх броневой палубы и в бортовых коридорах. Это и привело к неожиданно быстрому появлению большого (до 18°) крена.

Этот не замеченный французами конструктивный недостаток был исправлен продлением броневой палубы (посредством восстановления уже традиционно применявшегося по примеру "Мажестика" бортового скоса брони) непосредственно до шельфа бортовой брони. Броневая же переборка, став самостоятельным конструктивным элементом, была оставлена на том же месте, но в верхней части присоединялась теперь к скосу палубы, обеспечивая также и ее дополнительное подкрепление.