Страница 17

Только 18 августа закончили швартовые испытания и освобождавшиеся рабочие начали покидать корабль. На ходовых испытаниях 28 августа была достигнута скорость 17,5 уз, водоизмещение и мощность машин составили 13320 т и 1417Јл. с. Нарекания вызывала лишь вентиляция машинных отделений, где уже в ходе достройки по инициативе строителя корабля В. П. Лебедева (он 20 июня сменил прежнего строителя М. К. Яковлева, чья энергия в борьбе с "системой" казенного судостроения оказалась на исходе) пришлось установить два мощных добавочных вентилятора.

Но и их действие помогало мало; температура на площадках у цилиндров главных машин на ходу поднималась до 48° С, и находиться около них более 1-2 минут было невозможно. 17 сентября 1904 г. "Орел" покинул Кронштадт, но из-за сильного спада воды оказался на мели. С нее снялись 19 сентября и лишь 22 сентября успели присоединиться к еще находившейся в Ревеле эскадре. Здесь корабль покинула последняя партия из 95 обеспечивающих сдачу рабочих. Свидетельством традиций высокой производственной культуры инженеров и кадрового состава верфи того времени стала описанная В. П. Костенко сцена прощания с рабочими, которые поднесли своему строителю традиционные дары: икону Николы-угодника и серебряный подстаканник с ложечкой.

В порту для установки силами экипажа приняли изготовленные Ижорским заводом защитные козырьки, которые должны были предотвратить уже не раз происходившие на 1-й эскадре случаи поражения людей в боевой рубке снарядами и осколками, влетающими в слишком широкие (высотой 305 мм) визирные щели.

Подводя итог достройки кораблей, завершенной в редком для отечественного судостроения ударном темпе, важно отметить полное выполнение всех предъявленных к кораблям высоких требований. По основным характеристикам (кроме толщины главного и верхнего пояса бропи) они ни в чем не уступали своему прототипу "Цесаревичу", а по некоторым решениям (усовершенствованная конструкция внутренней броневой переборки, увеличение мощности электростанций и др.) его превосходили. Успешно были решены все проблемы, связанные с чрезвычайной насыщенностью кораблей боевой техникой и общей затесненностью помещений. Из-за этого некоторые погреба боеприпасов приходилось снабжать сложной системой вентиляции, а под кают-кампанию офицеров приспособили помещение кормового каземата 75-мм орудий. Не было сомнений и в добротности выполнения работ. Это подтверждал опыт плавания и беспримерного боя, а наглядным свидетельством и сегодня служат сохранившиеся конструктивные узлы современника той эпохи – крейсера "Аврора".

"Князь Суворов" во время заводских испытаний.

Непреодолимым оставался, однако, главный изъян отечественного судостроения, неотступно преследовавший его со времени начала постройки броненосцев. Это была все та же сверхпроектная перегрузка, к предотвращению которой за 50 лет не было предпринято никаких дававших хоть какой-то результат усилий. Хуже того, в условиях не способствовавшего инициативе авторитарного самодержавного режима не нашлось ни структур, ни отдельных деятелей, которые, осознав всю опасность перегрузок, пытались бы вести с ней последовательную и бескомпромиссную борьбу. Даже А. А. Бири- лев, считавший себя знатоком кораблестроения и наставником молодого инженера В. П. Костенко, не смог подняться выше уровня представлений о том, что проблема могла быть решена повышением норм запаса водоизмещения с традиционных (хотя и не всегда предусматривавшихся) 2% до 4-5% от водоизмещения. Оказалось, что и этот, представлявшийся огромным запас на новых, до чрезвычайности насыщенных техникой броненосцах был превзойден и вылился в перегрузку до 13% (1785 т).