Страница 45

И тут опять звонок Гречко: «Я сейчас говорил с Дзуром (министр национальной обороны ЧССР) и предупредил, что если чехи, не дай бог, откроют огонь по нашим войскам, это может кончиться плохо. Попросил дать команду чехословацким частям, чтобы никуда не двигались, никакого открытия огня, чтобы сопротивления нам не оказывали». После того как пошли войска, примерно через час, опять звонит Гречко: «Как дела?» Докладываю: такие-то дивизии там-то. Кое-где люди выходят на дороги, устраивают завалы. Наши войска обходят препятствия… Он меня предупреждал не покидать командный пункт без его разрешения. И вдруг новый звонок: «Ты почему еще там? Немедленно вылетай в Прагу!»

Подлетели к Праге, сделали два или три круга над аэродромом — ни единого человека. Ни единого голоса не слышно, ни одного самолета не видно. Сели. Со встретившим меня генерал-лейтенантом Ямщиковым с аэродрома поехали в Генеральный штаб к Дзуру. С ним сразу договорились: чтоб никаких драк между нашими солдатами и чтобы никто не думал, что мы прибыли с какими-то задачами оккупировать Чехословакию. Мы ввели войска, вот и все. А дальше политическое руководство пусть разбирается.

В советском посольстве порекомендовали встретиться с Президентом ЧССР Людвиком Свободой. Я взял с собой венгерского генерала, нашего, немецкого. Я сказал: «Товарищ президент, вы знаете, в Чехословакию вошли войска государств-участников Варшавского Договора. Я пришел доложиться по этому вопросу. И поскольку Вы генерал армии и я генерал армии, мы оба военные, Вы понимаете, нас к этому вынудила обстановка». Он ответил: «Я понимаю…»

Через два десятка лет, в 1988 году И. Г. Павловский признал тот факт, что «отношение населения к нам не было дружелюбным… Чего мы пришли туда? Мы разбрасывали с самолета листовки, разъясняли, что вошли с мирными намерениями. Но вы сами понимаете, если я, непрошеный гость, приду к вам домой и начну распоряжаться, это не очень понравится».

Горячий прием: Т-55 горит на пражской улице

Чехословацкая армия сопротивления не оказала, показав свою никчемность, второй раз за тридцать лет позволив иностранным войскам оккупировать территорию страны. По этой причине больших жертв удалось избежать. С военной точки зрения это была блестяще подготовленная и проведенная операция, явившаяся полной неожиданностью для стран НАТО.

В чехословацких событиях были задействованы не только войска, пришедшие на ее землю. В юго-западной части ГДР в течение двух месяцев стояли в полной боевой готовности пять танковых и мотострелковых дивизий немецкой армии. Их решили не вводить в ЧССР опасаясь негативной реакции чехов, еще помнивших гитлеровскую оккупацию.

Последняя точка в операции «Дунай»

Все приграничные округа Советского Союза — около сотни укомплектованных и подготовленных дивизий пребывали в состоянии повышенной боевой готовности, в любой момент готовые выдвинуться для ведения боевых действий. Союзники по Варшавскому Договору — Польша, ГДР, Венгрия и Болгария привели в боевую готовность в общей сложности около 70 дивизий.

Всего в первые три дня на территорию Чехословакии вошло двадцать иностранных дивизий (советских, польских, венгерских и болгарских), в последующие два дня — еще десять дивизий.

К 4 ноября 1968 года из страны было выведено 25 дивизий. А на территории ЧССР до 1991 года задержалась