Страница 37

Развернувшись, Эмми с силой оттолкнула ее от себя. Кэрол упала.

— Уходи! Тебе туда нельзя. Нельзя, поняла?

— Я все равно пойду за тобой!

— Тебе там не место, ты должна жить, слышишь? Твое время не пришло! Убирайся отсюда, дура!

— НЕТ!

— Убирайся! Пошла вон!

Эмми в ярости толкала ее, заставляя отступать назад. Не устояв на ногах, Кэрол снова упала.

Твердой почвы под ней не оказалось, и она с воплем полетела в какую-то бездну.

Медленно и мучительно к Кэрол возвращалось сознание.

Открыв глаза, она долго не могла понять, где находится. В ушах стоял какой-то шум, глаза резал яркий свет. Она попыталась приподнять голову, чтобы оглядеться, но не смогла. Ужасная слабость сковала все тело, казалось, в ней не осталось ни капли силы. С трудом она повернула голову, и наконец-то поняла, что находится в больничной палате.

На нее пристально, с нескрываемым любопытством, смотрела незнакомая женщина в белом халате.

— С возвращением, детка, — ее улыбка показалась Кэрол самой отвратительной, которую она когда-либо видела. В ней было фальшивое доброжелательство, которым медсестра пыталась прикрыть презрение. Кэрол отвернулась от нее. За что эта незнакомка может ее презирать, и какое она имеет на это право? Но Кэрол чувствовала, что ей глубоко наплевать на отношение этой женщины, и вообще, наплевать на все и на всех. Она ощущала полное равнодушие ко всему, и абсолютно никаких чувств, ни страха, ни горечи — ничего!

Опустив глаза, она посмотрела на перебинтованные до локтя руки.

Медсестра уловила ее взгляд.

— Надо же, так изуродовать такие красивые руки! — с сочувствием покачала она головой. — Тебя чудом спасли, моя девочка. Что же вынудило такую куколку так безжалостно поступить с собой, а?

Кэрол не пошевелилась, уставившись в окно. Уж не думает ли эта змеюка, что она станет изливать ей душу?

— Я знаю, ты живешь в том самом знаменитом мотеле, — заговорщицки прошептала женщина. — С этими… распутными женщинами. А Элен Гран — твоя мать. Кстати, она недавно была здесь.

— Здесь? — еле слышно шепнула девочка, и сердце ее сжалось от ужаса.

Напоминание о матери вернуло ее к реальности, и страх перед ней снова сдавил ей грудь.

— Я долго пробуду здесь?

— Как только немного окрепнешь, тебя выпишут. Кстати, завтра тебя посетит полицейский.

— Зачем?

— Когда человек пытается покончить жизнь самоубийством, правоохранительные органы хотят знать, кто или что побудило его это сделать. И тебе придется ответить на их вопросы.

Кэрол закрыла глаза и сделала вид, что уснула.

На следующий день ей действительно пришлось говорить с полицейским.

Он настойчиво допрашивал ее и даже пытался навязать ей свою версию, в которой мать довела ее до такого поступка, но девочка решительно твердила свое — причиной была смерть подруги, и больше ничего.

— Просто меня очень расстроила ее смерть, и я не выдержала, — с удивительным спокойствием отвечала Кэрол. — Это просто был срыв, но теперь со мной все в порядке. Я никогда больше не сделаю этого, обещаю. Никогда.

Последние слова были обращены скорее к самой себе, нежели к полицейскому. И еще к Эмми.

Кэрол отчетливо помнила свой сон. Только для нее это был не сон. Она верила в то, что действительно видела Эмми, общалась с ней. И не сомневалась в том, что Эмми наблюдает за ней. Она была рядом, и Кэрол больше не боялась. Она будет сильной. Эмми будет гордиться ею.

С бесстрастным лицом вошла она в свой ненавистный дом и не отвела взгляд, встретившись с глазами Элен.