Страница 19

— Товарищ командир, они что ли на нас охотятся?! — перекрывая писк, в панике заорал Скрипач.

Но крысы, поравнявшись с нами и, не задержавшись ни на секунду, помчались дальше.

Подполковник застыл, провожая глазами обтекающий его ноги серый живой ковер, и его лицо мгновенно покрылось ледяной испариной. Мозг опытного диверсанта выдал ответ мгновенно:

— Дурак ты, Скрипач! — срывая голос, яростно рявкнул командир. — Им сейчас не до твоей печени. У них чуйка на смерть! Кабели гудят на ультразвуке. Они знают, что этот склеп сейчас взлетит! Раз крысы бегут на выход — таймер пошел! Бегом, мать вашу, бего-о-ом!

Бредущие до этого еле-еле бойцы, разом встрепенулись и припустили из последних сил.

Портянки в моих сапогах снова сбились в кучу и моим мозолям стало совсем плохо.

Голова Леонида Ильича болталась как у тряпичной куклы.

Он там живой?

Стиснув зубы от боли, я старался не отставать от группы. Бежать стало намного труднее. К воде и камням добавились крысы, которые постоянно попадали под ноги. Несколько раз я чуть не потерял равновесие, наступив на этих монстров подземного мира.

— Быстрее! Быстрее! — хрипит рядом командир, крепко вцепившись в мой рукав.

А я и так на пределе, воздуха не хватает, пляшущие лучи фонарей сбивают с толку и я едва не падаю, наступив с ходу на крысиную спину. Мощный рывок подполковника ставит меня на ноги. Крыса возмущённо верещит и мчится дальше. И тут я вижу, как бегущий впереди мощный Филин взлетает по ступенькам к огромной металлической двери, похожую на ту, которую спецназ выжигал в подвале ЦКБ.

Ещё одна?! У меня холодеет в груди. Мы же теперь точно не успеем!

Но Филин с разбегу бросается грудью на красный рычаг протянувшийся поперёк двери и упираясь ногами в бетон жмёт на него.

Ничего. Дверь даже не шелохнулась!

Полчища крыс, обогнавших нас, клубятся у ног Филина, привстают на задние лапы и скребутся в дверь, пытаясь выбраться наружу.

— Док, помоги! — кричит Филин.

Доктор расшвыривая крыс ударами ног, взбегает по ступеням и они вдвоём налегают на рычаг. Вся наша группа добегает до выхода из тоннеля и в этот момент рычаг, под отборный мат Филина и Доктора, наконец падает вниз! Дверь с громким шипением вываливается наружу.

Мы, наступая на визжащих крыс, вместе с ними вылетаем наверх и оказываемся в тесной бетонной будке, посреди которой стоят два автоматчика с круглыми глазами.

— Бегом! Бегом отсюда! — орёт подполковник и мы чуть не сшибаем с ног застывших воинов.

Какая-то сила поднимает меня за воротник и вышвыривает наружу. Я падаю на траву, переворачиваюсь на спину и вижу живой, пищащий серый ковер из тысяч крыс, спецназ, топчущий их и тут же следом с грохотом вырывается столб огня и дыма! Низкий протяжный гул доносится из-под земли.

Несколько секунд я лежу, приходя в себя от сумасшедшего марафона наперегонки со смертью.

— Леонид Ильич! Товарищ Генеральный секретарь! — услышал я взволнованный голос Дока.

Я приподнялся на локтях и огляделся. Вокруг меня сидели и лежали члены группы спецназа вытащившей нас с Леонидом Ильичем из спецбокса Центральной клинической больницы. Тут же расположились какие-то военные с автоматами на шее. Док стоял на коленях, склонившись над Генеральным секретарем. Он приложил палец к его шее, затем упал ухом на грудь и повернувшись к подполковнику Степнову, крикнул:

— Палыч, он не дышит!

Подполковник в один прыжок оказался рядом с лежащим на спине Брежневым и оттолкнув Доктора, сам стал искать пульс на шее. Выхватил фонарь у Дока и оттянув веко Генсека направил луч на глаз.

— Зрачок не реагирует! Остановка сердца! — командир отбросил фонарь и рванул мокрый халат на груди Брежнева.

— Док, вентиляция! Филин, на массаж !

Доктор зажимает нос вождю и прижимает свои губы к синим губам Брежнева .

« Последний поцелуй Генсека», возникает совершенно дурацкая мысль в моей голове.