Страница 50

В этих колыбелях, тихо и мерно посапывая во сне, двойняшки — первенец семьи Ким Чжу Вон-младший и его крошечная сестра-близнец Ким Чжи У. Малышам едва исполнился месяц. Они были настолько крошечными, мягкими и нежными, что каждое их движение заставляло материнское сердце сжиматься от щемящей трепета.Его жена, Ли Сунхи, сидела неподалеку на низком кресле-качалке, обтянутом бежевой замшей. Кресло находилось ровно между двумя колыбелями, чтобы материнское тепло равномерно касалось каждого ребенка. На Сунхи было мягкое платье цвета топленого молока, а ее длинные, темные волосы были свободно схвачены серебряной заколкой. Она наклонилась вперед и бережно, с бесконечной материнской нежностью перебирала тонкими, ухоженными пальцами кружевной край пеленки из французского шитья, закрывавшей животик маленькой Чжи У. Она аккуратно поправила уголок одеяльца, чтобы дочке не подуло из микропроветривания, и осторожно погладила крошечную ручку первенца.

Сунхи тихо, почти шепотом, чтобы не нарушить хрупкий и сладкий сон младенцев, разрушила тишину комнаты:Она остановилась, на секунду прижав ладонь к груди, где ритмично и трепетно билось материнское сердце. Ее голос дрогнул от подступившей нежности:Чжу Вон не оборачивался сразу. Он продолжал смотреть на огни Сеула, но в отражении панорамного стекла Сунхи видела, как тяжело двинулись желваки на его скулах. Его голос прозвучал глухо, с затаенной болью, которую он старался скрыть даже от себя самого:— Я знаю, Чжу Вон... Я ведь выросла в точно такой же семье, где за каждым обеденным столом обсуждали не здоровье детей, а котировки акций и слияния компаний. Я знаю эти правила и принимаю их. Но сегодня... Сегодня, когда все эти высокопоставленные чиновники, влиятельные банкиры, прокуроры и судьи поднимали свои бокалы с коллекционным вином за «новое поколение тигров», мне стало по-настоящему не по себе. Вся эта роскошь, эти бриллианты, эти вышколенные официанты — всё казалось таким холодным и фальшивым... Единственным живым, искренним человеком во всем этом огромном параде тщеславия была младшая сестра. Даын.— Младшая? — переспросил он тихо. — Она ведь приехала в самый разгар приема, прямо из университета. Даже не успела переодеться в вечернее платье, осталась в своем скромном костюме. Отец, кстати, был очень доволен тем, как она появилась. Она вошла уверенно, держала осанку, как настоящая королева...