Страница 34

Понимая, что крейсер уже не спасти, Ладинский отдал приказ о покидании корабля, видя тяжёлое его положение к нему, тут же устремились два британских тральщика «Hussar» (J-82) и «Niger» (J-73), а так же СКР «Рубин» и буксир № 22. Тральщик «Hussar» (J-82) принял 242 человек, на «Niger» (J-73) перешло около 216, ещё 150 успел снять СКР «Рубин», на буксир № 22 перешли последние члены экипажа «Енисея» - 42 человека.

Попадание в «Енисей» видели и на советских эсминцах, и если «Сокрушительный» и «Гремящий» просто усилили огонь из орудий. То вот капитан-лейтенант Старицын, взбешённый таким поворотом в отношении «Енисея» поступил по другому. Видя, что германский крейсер потерял ход, он просто повёл эсминец в торпедную атаку, выстрелив в неподвижную цель шестью своими 610-мм. торпедами, на развороте. Эта атака прошла для него очень болезненно, он успел поймать пять снарядов только прямым попаданием от германских эсминцев. Оставляя за собой хвост из дыма, эсминец стал уходить за своих собратьев.

На тот момент, приняв на борт всех кого можно с экипажа «Z-7» («Герман Шёман»), «Z-24», «Z-25» устремились к своему флагману эскадры, пытаясь прикрыть его дымовой завесою, которую выставлял «Z-24», вот только к тому моменту, торпеды с советского эсминца ушли к своей цели.

Не успел «Z-24» прикрыть и на половину дымовой завесою своего флагмана как раздались два сильных взрыва – дошли торпеды эсминца «Хопёр». На это время года японские торпеды 610-мм. были самыми мощными и одними из лучших, по своим характеристикам в мире.

А подрыв двух столь мощных торпед у борта для «Лютцова» предопределил судьбу корабля – уход на дно. Обширные пробоины, через которые всё в большем количестве поступала вода, медленно, но верно увеличивали крен «Лютцова».

Вице-адмирал Цилиакс, после попадания последних торпед и столь мощных взрывов, понял «Лютцов» уже не спасти, слишком уже были обширные пробоины от попадания. Он приказал передать на«Z-24», «Z-25», чтобы они подошли для снятия экипажа «Лютцова». Не успели германские эсминцы подойти к флагману, как сквозь дымовую завесу стали видны советские эсминцы и британские тральщики. Как только на последних рассмотрели своих противников -германские эсминцы, по ним тут же открыли огонь.

На этом этапе боя, всё поменялось кардинально, теперь уже немцы имели сильно повреждённый тяжёлый крейсер с двумя эсминцами. И на них уже шли союзные военные корабли полным составом бывшего каравана за исключением, конечно же, уже потопленного советского тяжёлого крейсера.

Как только раздались два сильных взрыва, капитан 1-го ранга Ладинский понял, что Старицын в своей торпедной атаке удачно попал, да ещё два раза, в уже повреждённый немецкий тяжёлый крейсер, а что могут натворить столь мощные торпеды 610-мм., он прекрасно понимал, сам имел такие же. И их задача сейчас по возможности добить его, если надо, и не дать возможности эсминцам противника снять экипаж крейсера.

«Z-24», «Z-25» на тот момент не имели повреждений, влияющих на ход кораблей, но, тем не менее, различные многочисленные повреждения на них были, плюс к этому на их бортах находилось уже около 300 человек экипажа«Z-7» («Герман Шёман»). Союзники же просто не давали им возможности снять экипаж «Лютцова». У них было не очень много времени, чтобы снять с него хотя бы часть экипажа вместе с вице-адмиралом и его штабом.

На них в настоящий момент шли три эсминца (один из них правда сильно дымил, и имел многочисленные разрушения), пять кораблей меньшего ранга, и в противостоянии с ними «Лютцов» им уже не поможет, из-за крена на борт, который продолжал увеличиваться, стрелять его артиллерия уже не смогла. Как впрочем, всем уже стало ясно, что жить «Лютцову» осталось не более получаса, максимум минут сорок.

С тяжёлого крейсера немцы успели снять только самого вице-адмирала Цилиакса, весь его штаб, 250 человек экипаж, а после этого пришлось срочно отходить от тонущего корабля.

Причём так получалось, что и торпедировать его, у немцев не было возможности. На нём ещё находилось около 700 человек живых экипажа. Эсминцы «Z-24» и «Z-25» на полной скорости пошли в восточном направлении, в сторону Норвегии.

К тому моменту, когда советские эсминцы и британские тральщики подошли к тонущему «Лютцову», тот уже полностью лёг на борт и до ухода его под воду оставались считанные минуты.