Страница 3

Поцелуй. Забыть это было бы сложно, ведь в тот момент мы ели свежую, натуральную клюкву, что добавило яркости впечатлениям. Почувствовать. Почувствовать вкус безумия. Пусть эти воспоминания и омрачены тенью меланхолии... Ни солнца, ни облаков. В моей памяти отчетливо запечатлелся апрель 2010 года. Я сидел на скамейке в Кронштадте, в местечке, которое местные называют "Гора". Примерно в то же время, или, возможно, чуть раньше или позже, я совершил покупку, которая оставила яркий след: в компьютерном магазине на углу улиц Аммермана и Ленинградской я приобрел коробку с программой Acronis. Как сейчас перед глазами: я в этом компьютерном магазине, а внутри - молодая женщина, толстый парень и некий мужчина. Купил коробку, вроде за шестьсот рублей. Желание. Желание снова заполнить пустоту. Моё настроение - серо-фиолетовое. Если я и сидел на скамейке в тот день (предположительно, шестнадцатого апреля), то, скорее всего, это было в сквере Музея истории Кронштадта. Растерянность и несчастье? И этот эпизод остался в памяти. Важный. Сентябрь 2014-го. Я и мама, устроившись на деревянной скамейке автобусной остановки, что расположилась прямо напротив Музея истории Кронштадта, ждём. То ли такси должно подъехать, то ли автобус. Но ожидание наполнено другим: мы кормим голубей. Их там было просто уйма! И мы им белый хлеб давали. Одно событие произошло до Чемпионата мира по футболу 2010, другое - после Чемпионата мира по футболу 2014. Кронштадт… тот самый Кронштадт? Мой разум охватывает разные состояния - от радости до печали. Я вспоминаю это с грустью и надеюсь, что это чувство пройдёт. Моё восприятие десятых годов двойственно: с одной стороны, они были потрясающими, с другой - я не могу не признать, что в чём-то они оказались для меня потерянным временем.

Четыре года назад, да. Февраль 2022-го, вроде бы до 14-го. Холодно было, зима. Мы тогда сняли ту картину с церковью на кладбище и пошли в дом, где ломбард был - это единственное, по чему его можно было узнать. Это событие имеет для меня исключительную важность и остаётся в памяти. Кстати, потом мы эту картину просто выбросили. Ей не понравилось, что там церковь на кладбище, мол, негатив какой-то. В тот февральский день мы, надо признать, были очень расстроены. Я полностью признаю свою ответственность за случившееся. Основная вина лежит на мне. И тут развернулась совершенно неожиданная и необычная картина. Сюжет. Сюжет, лишённый смысловой нагрузки. Похоже, лето началось! Июнь только стартовал, а погода уже радует: солнышко греет приятно, но не жарко, и ветерок такой легкий, приятный. В самом сердце Санкт-Петербурга, среди старинных, четырёхэтажных домов жёлтого цвета, что тянулись по правой стороне оживлённой исторической улицы, я вдруг оказался перед пешеходным переходом. И там, словно из ниоткуда, появился Арнольд Шварценеггер. За его спиной, на другой стороне улицы, замерла толпа - поклонники и журналисты, их взгляды, словно прожекторы, следили за каждым его шагом, провожая его удаляющуюся фигуру. Наблюдение Арнольда Шварценеггера в центральной части Санкт-Петербурга, одетого в широкие бежевые брюки, светлый пиджак и шляпу, представляло собой необычное зрелище. В тот момент мне пришла мысль достать телефон и запечатлеть это.