Страница 15

Точно так же обстоит дело и с территориями. 30 сентября к России были присоединены четыре украинских региона: ДНР, ЛНР, Херсонская и Запорожская области. Они стали считаться частью России — но, как вскоре выяснилось, и Россия стала частью этих регионов. Когда они были переведены на военное положение, то и прилегающие к ним восемь российских регионов были переведены на полувоенное положение («средний уровень реагирования»); Южный и Центральный федеральные округа (включая Москву) приведены в состояние «повышенной готовности»; а остальная страна — «базовой готовности». И все настойчивее слухи, что это прелюдия к переходу всей страны на военное положение.

Инверсия происходит не только в пространстве, но и во времени. Пытаясь перевернуть мировой порядок и установить свою глобальную геополитическую гегемонию в будущем, Россия стремительно погружается в прошлое, проходя в обратном направлении этапы своей истории. Отворачиваясь от Запада, захлопывая окно, прорубленное Петром в Европу, она возвращается в эпоху автаркии, изоляции, во времена Московской Руси. А дальше уже мерцает перспектива стать улусом «Орды», великой восточной империи или даже двух империй: китайской и/или исламской.

Можно указать еще на целый ряд таких инверсий, когда стремление превзойти всех и стать «сверх» приводило к прямо противоположным результатам. Так, в 2014 г. Россия, победив на Олимпийских играх в Сочи, стала номером 1, спортивной сверхдержавой. Но как только допинговые подтасовки и подвиги «моченосцев» были разоблачены, страна стала спортивным изгоем: не только скатилась в низ турнирных таблиц, но и была, по сути, исключена из мирового спорта.

Прямо на наших глазах происходит и другая инверсия: страна, провозгласившая себя в середине 2000-х «энергетической сверхдержавой» и превратившая свои сырьевые ресурсы в инструмент политического давления на другие страны, быстро теряет свои позиции на мировом рынке углеводородов. Каждый рывок в направлении «сверх» оборачивается срывом в «недо».