Страница 51

- Рад приветствовать Вас, Василий Иванович, как представителя новой власти в штабе Северного фронта. Но мне доложили, что у Вас имеется Приказ от начальника Генерального штаба Брусилова.

- Точно так. Приказ имеется. Хочу дополнить: за несколько часов до отречения от престола император представил Алексея Алексеевича на должность Главнокомандующего. По обоюдному согласию с новой властью, товарищ Брусилов принял решение занять должность начальника Генштаба в Красной армии. Между прочим, Николай Владимирович, в тот эпохальный день мы с Вами столкнулись на выходе из дворца. Конечно, Вы на меня не обратили внимания, находясь под впечатлением от нелицеприятного разговора с государем, но именно я был тем человеком, который, после Вашего с командующими фронтами отбытия, принял от Николая Александровича из рук в руки Манифест об отречении. Вас, наверное, интересует, чем же я заслужил такую честь? Мне удалось убедить царя, предоставив неопровержимые доказательства в том, что я могу видеть будущее. И я поведал ему о его судьбе. Надеюсь, что мне подобным образом посчастливится добиться и от Вас понимания и доверия, чтобы в дальнейшем разрешить некоторые моменты, связанные с проходящей сейчас Митавской операцией.

Командующий невольно напрягся.

- Нет-нет, Вы можете не опасаться, что я стану применять какие-либо чародейства, подвергать Вас гипнозу. Не обладаю подобными способностями. Скажите, Вы ведь уже искренне высказываете сожаление, что нарушили присягу и не поддержали императора в тот знаменательный день, когда Вы, в числе других командующих фронтами, подвигли своими словами монарха к принятию нелёгкого для него решения?... И откройте тайну - Вы же уже для себя определили свою дальнейшую судьбу и хотите просить об увольнении с мундиром и пенсией, а потом планируете уехать в Кисловодск?

Для Шилова реакция людей на его знания была привычной, и он спокойно наблюдал за меняющимся выражением лица генерала. Недоумение и страх читались в глазах Рузского. Своим сокровенным решением он не делился ни с кем. Тем более, что о поселении в курортном городе он надумал лишь сегодня.

- Вы хотите сказать, что мою судьбу тоже видите? - наконец-то выдавил из себя Николай Владимирович.

- Увы, к моему великому сожалению, о Вас я могу сказать относительно немного. Вы закрытый человек, Николай Владимирович, поэтому мне доступна лишь небольшая часть информации о Вашей дальнейшей жизни. Единственное, что я могу Вам настоятельно порекомендовать, так это не уезжать в Кисловодск. А лучше всего предлагаю Вам подумать о продолжении службы. В рядах Красной Армии, конечно.

Шилов не особо лукавил, говоря об имеющихся у него скудных данных о судьбе командующего. Информации о человеке, который сыграл немаловажную роль в отречении царя от власти, было действительно немного. Василий знал, что Рузский откажется от предложения возглавить части Красной армии, заявив, что он не приемлет войны русских с русскими. Этим отказом Николай Владимирович подпишет свой смертный приговор. В восемнадцатом году генерал, вместе с Радко-Дмитриевым, чья двенадцатая армия как раз сейчас проводит Митавскую операцию, был взят Кавказской Красной армией в число заложников в Ессентуках и зарублен на Пятигорском кладбище.

Командующий медленно достал из пачки, лежавшей на столе, папиросу, но прикуривать не стал, а понюхал её, покрутил пальцами и положил на столешницу.

- Давайте мы о моей дальнейшей службе разговор отложим, а поговорим о той миссии, с которой Вы прибыли сюда, имея на руках приказ от Алексея Алексеевича всячески Вам содействовать, - решительно объявил генерал.

- Добро. Я хочу обсудить с Вами ход Митавской операции. Вы позволите воспользоваться картой?