Страница 79

Возле Русско-Финляндского банка Николаевская улица бурлила взвинченной толпой мятежных солдат и матросов, из расквартированных в финской столице гарнизона и экипажей. Над головами развевалось знамя, на котором неумело изобразили подобие черепа в обрамлении косы и копья. Над шедевром творчества матросов-анархистов красовалась надпись: «Смерть буржуям». Периодически в многоголосие возбуждённой толпы вплетались одиночные выстрелы. Редкие пешеходы испуганно жались к домам.

Шилов с Байером вклинились в разгорячённую массу и протиснулись поближе к входу в банк. Вызывающие доверие своей надёжностью двери были закрыты, а других путей так просто взять штурмом здание не просматривалось. Охрана банка не предпринимала никаких усилий для отражения нападения. За решётками окон на втором этаже молчали пулемёты и торчали стволы винтовок.

Самые активные матросы яростно, ожесточённо долбили прикладами в дверь, тщетно пытаясь разрушить внутренний замок.

Осмотревшись вокруг, Василий спустился по ступеням, потянул майора за руку и они выбрались из толпы.

В окнах правительственного архива на другой стороне улицы Шилов заметил торчавшие стволы пулемётов, которые, как это ни странно, тоже молчали. Не долго думая он направился к зданию.

- Максимилиан, твой выход, - подойдя к входу, пропуская перед собой Байера, сказал Василий.

Майор недоумевающе посмотрел на Шилова, но быстро понял, что именно задумал сделать его напарник.

- Я командир двадцать седьмого батальона егерей майор Байер. Запустите нас в здание, - крикнул он в сторону открытого окна на втором этаже.

Ответа не последовало. Василий с нетерпением переминался с ноги на ногу, кидая взгляды на всё больше распалявшуюся толпу. Через три минуты тяжёлая дверь приоткрылась и из неё выскользнул командир охранного отряда шюцкор [1].

- Господин майор, мне известно, что Вы сняты с должности и сейчас командиром батальона является капитан Кнатс. Однако я готов поговорить с Вами, поскольку наслышан о Вашей порядочности и бескорыстии. Проследуйте за мной.

Они втроём сквозь узкую щель приоткрытой двери просочились внутрь здания. Командир провёл не прошенных гостей в небольшое помещение, которое служило, вероятно, комнатой отдыха охраны архива.

- Я слушаю вас, - скинув на застеленную кровать шинель с белой повязкой на рукаве, сел за стол командир отряда.

- Как я могу к Вам обращаться? - расстегнув пуговицы у своей шинели поинтересовался майор.

- Эори Кохонен, - ответил шюцкоровец.

- Господин Кохонен, позвольте вначале задать вопрос, который я не планировал задавать, когда мы направлялись к зданию. Вы наверняка знаете, что командиром батальона поставили Юулиса Кнатса?

- Определённо, - уверенно кивнул белофинн. - Два дня назад я был в батальоне с просьбой помочь в охране правопорядка на улицах. Анархисты распоясались вконец. Уже порядка ста офицеров расстреляли. Особо я о них не сожалею, но матросы и солдаты начали заниматься грабежами и погромами. Как вы могли убедиться, сейчас они пытаются захватить банк.

К разговору присоединился Василий. Язык он понимал, за что огромное спасибо ништякам от Вершителей судеб, но решил общаться на русском.

- Собственно, по поводу банка мы и пришли к вам, господин Кохонен. Мы заметили, что у вас имеются пулемёты. Прикажите своим подчинённым открыть огонь поверх голов мятежников. Без кровопролития.

Шюцкоровец откинулся на спинку стула.

- То есть, Вы предлагаете, чтобы эта толпа переключилась на нас? У нас не столько боеприпасов, чтобы вести длительный бой. Как только закончатся патроны, эта масса нас сметёт и порвёт на куски. Тем более, что Вы предлагаете тратить боезапас в воздух.