Страница 15

Пока шли до Николаева, попросил Михалиса более подробно рассказать о том, что же они возят.

Тут тоже оказалось всё просто – в той же Румелии, в районе Констанцы, всего лишь в нескольких километрах от берега есть село Аджиджа, вот на окраине этого села есть усадьба Михая Денеша, купца который имеет свой завод по производству вин. Тот помимо винного завода, имеет ещё и обширные плантации виноградника, там же недалеко от другого села Кумпена. Вот у них и есть договорённость, что как только они приходят к берегу в определённое место, то ставят в известность хозяина хутора, расположенного от моря всего лишь в 300 метрах, а тот отправляет сына к Михаю Денешу. Тот везёт подводу бочек вина, причем, бочки 100 литровые, которые и перегружают на берегу в вечернее время. А назад на подводу грузят уже пустые бочки, тоже 100 литровые, якобы тот везёт на завод, тару под вино.Конечно же, всё это проходит мимо таможни как в Румелии, так точно так же у него забирают бочки, не доходя до самого Николаева, опять же в строго отведённом месте. Там уже действует купец Волжин, который и снабжает окрестные шинки и винные лавки, да и другие заведения этой направленности вином, опять же везя их на хутор расположенный в нескольких километрах от берега.

Историческая справка. История виноградарства в данном регионе началась примерно 3000 лет назад в районе Дакии (современная территория Румынии). Технологии производства были завезены греками, прибывшими в регион со стороны Чёрного моря. Благодаря жаркому и сухому лету местность оказалась очень благоприятной для разведения виноградников, и данная отрасль получила широкое распространение и процветание. За годы ведения виноградарства вино стало традиционным алкогольным напитком румын.

- Вот по такой схеме, мы и работаем, - рассказывал мне, Михалис, - мы покупаем 20 10 пудовых бочек за 100 рублей, по 5 копеек за литр, продаём около Николаева за 12 копеек за литр, всего получается, зарабатываем 230 рублей с поездки. Далее уже купец Волжин продаёт в места продажи вина, по 15 копеек за литр, а вот в тех, на разлив продают уже по 20 копеек. Вот такой оборот идёт у нас под сезон, весна – лето – осень. И это только на вине, есть ещё варианты, но тут плыть надо дальше, теряем уже дни, хоть и заработаем больше. Кстати, за всё, все расчёты в Румынии половина на половину, половина золотом, половину можно серебром. Ах да, ещё расчёт идёт и за бочки, как пустые, так и полные, цена бочки 1 рубль, тоже золотом. Вот, собственно говоря, и всё. Деньги делим по честному, старшему 80 рублей, остальным 50 рублей каждому, остальное забирает хозяин лодки (тут Михалис не уточнил, что сам является хозяином лодки), а ежели надо на обслуживание, ремонт лодки, то вносим деньги в равных частях.

- Ну, что ж, в принципе не плохой оборот денег у них, - думалось мне, - правда, они ещё семьи содержат, да плюс зимой работы нет и там деньги тратить надо. Да и распределение денег хорошее, главное стабильное.

Все ненадолго замолчали, каждый занимался своими делами, Михалис, не только управлял лодкой, но и рассматривал полученные от меня серебреные часы с серебреной цепочкой. Константинос, уже рассмотрел свои часы и сейчас крутил в руках нож, свой подарок. Ну а Никос, тот уже успел нацепить на себя не только новый для себя ремень, но и пристроить на него как ножны с ножом, так и небольшую округлённую сумку, и посматривал на меня, скорее всего у него, были вопросы, но он боялся задавать их без разрешения старших.

- Спрашивай, - глядя на Никоса, разрешил ему задавать вопросы я.

- Дяденька Димитриос, - тут же задал свой вопрос Никос, - а что у вас в мешке?

Естественно, мой объёмный мешок привлёк его любопытство, вот он и спросил.

На такой вопрос с недовольством на внука, посмотрел Михалис.

- Ах, да, - тут же спохватился я, подтаскивая свой мешок к себе поближе, и начиная вынимать из него всё подряд, для начала саквояж, отставляя его в сторону. После этого, достал рубаху, что давал мне Константинос, та была аккуратно свёрнута, ещё одну рубаху в синей расцветке, потом достал одну из жилеток, как раз по комплекции на Константиноса. Вот и передал тому рубахи назад вместе с жилеткой, добавив к тому же один из головных уборов одного из приказчиков, со словами благодарности.

Тот, конечно же взял, то что я ему дал, отложил в сторону свою рубаху, стал разглядывать в первую очередь жилетку. Улыбнувшись мне, благодарно кивнул головой, опять ему перепала для местности, где он жил статусная вещь.