Страница 64

- А куда мы поплывём? – с любопытством уточнил у меня Семён, идя рядом со мной, его сестра шла за ним, рядом с ней шёл и Антип.

- Живём мы под Одессой, - двигаясь вперёд, сказал я, - но вот пшеницу, которой завтра загрузимся, выгрузим под Николаевом, там у меня с товарищем, мельница имеется.

Ещё через некоторое время, мы, наконец, покинули саму ярмарку, а ещё через десять минут, мы ехали в пролётке на окраину Таганрога, чтобы забрать близняшек.

Понятно, что район, в котором проживало это семейство, находился в одном из бедных районов, и за это возница тарантаса сбил полуторную цену, причём взяв половину вперёд.

Пока ехали, узнал, что родителей у этой семьи нет, мать умерла ранее, несколько лет назад, сильно простудившись зимой. А вот отец умер недавно, работал в порту, что-то на него толи упало, толи скатилось с летальным, как говорится исходом.

Вот и крутились они, зарабатывая хотя бы на питание с сестрой, которую, кстати, звали Настей, а вот близняшек звали Мелания и Божена.

Семён хотел помочь сестре собраться, но та не дала, сказала, что сама справится. И ведь справилась достаточно быстро, в её руке был всего лишь один узел, который она и несла, а за ней шли две девчонки с одинаковыми лицами, тем да, было лет восемь не более.

По всей видимости, в этом доме брать было особо нечего, да и сам дом был, как говорится одно название, как он ещё не развалился до сих пор, я не знал. Хотя надо отдать должное, внешне в самом дворе был полный порядок, двор был подметён, и нигде не было ничего лишнего, дачто может быть лишним в такой семье.

Узел принял Антип, ну а близняшки устроились на коленях у сестры и брата.

Уже через некоторое время мы были в самом порту, доехав практически до самой кочермы. Пока я расплачивался с возницей, Антип, показывая рукой на нашу лодку, сказал стоящей около него семейке, - вот эта и есть наша кормилица, на ней мы и зарабатываем, да и живём большую часть весной, летом и осенью, пока есть возможность каботажа. Да вы и сами видите, что ходят на ней только молодые, такие как я сам.

- Прокоп, есть, что перекусить? – подходя к лодке, задал практичный вопрос я.

- А как же, всегда имеется, - тут же ответил старший в лодке Прокоп, махнув рукой Симону, чтобы тот доставал еду, при этом посматривая на тех, кого мы привели.

- Вот знакомьтесь, пойдут с нами до Чабанки, - указывая на шедших со мной, проговорил я, - новые постояльцы нашего дома, будут присматривать за самим домом, пока мы будем заниматься каботажем.

Далее я назвал всех прибывших, ну и перечислил всех, кто был в лодке, перекус и в этот раз был всё теми же пирогами, как с рыбой, так и с мясом, и с капустой, и с картошкой. Я же не стал тратить время, а пошёл искать пшеницу, для загрузки кочермы. Под загрузку в этот день ничего подходящего из предложений не нашёл, но всё же успел сделать на своих «дворовых» один документ, правда заплатив за это, но тут как говориться без этого никак.

Уже вечером показал документ Семёну, кстати отметив у того новый пояс и нож на нём, а так же несколько поясных сумок – одну скорее всего для денег, другая больше подходила держать в ней огниво. По этим обновкам понял, что с Семёном, тот же Антип, рассчитался полностью, Антип это и подтвердил.

А вот ужин делала сестра Семёна, Настя и у неё это получилось намного вкуснее, чем у нашего штатного кока.