Страница 48

Девушка отвела взгляд от лица Сириуса и посмотрела в глаза директору. Ей казалось, что он должен знать ответы на все мучающие вопросы.

— Разве это справедливо?

— Жизнь, иногда, тоже наказание, — тихо произнес Дамблдор и добавил. — Когда ты стар, тебе уже ничего не остается, как вспоминать свои ошибки и жалеть о том, чего когда-то не сделал или сделал не так. Жизнь мудра, Гермиона. Она никого не обходит стороной.

Девушка кивнула и задала вопрос, ответа, на который страшилась сейчас больше смерти:

— Как он?

— Мистер Поттер или мистер Малфой? — тут же подал голос директор.

Гермиона непонимающе уставилась на него.

— Конечно, Гарри! — воскликнула она.

Дамблдор улыбнулся.

— С ним все хорошо. Он сейчас в лазарете.

Гермиона вскочила с места. И куда только делась усталость и пережитое потрясение?

— Мне нужно увидеть его.

Директор остановил ее, удержав за руку.

— Не сейчас. Мадам Помфри дала ему зелье, и он спит. Поверьте мне, с ним все будет в порядке.

— А что будет дальше? — спросила Гермиона, медленно опускаясь в кресло.

— Дальше… — Дамблдор тяжело вздохнул. — Знаете, что самое сложное в жизни человека?

Гермиона промолчала, ожидая продолжения. До этого дня ей не приходилось беседовать с Дамблдором на темы, не касающиеся учебы. Честно признаться, Гарри, как ей казалось, был единственным студентом, вхожим в кабинет директора. И вот теперь здесь она. Что-то неуловимо менялось.

— Самое сложное — это ответственность. Когда от тебя зависит судьба другого человека. Многие не готовы к ответственности всю свою жизнь. Мне, к сожалению, слишком часто приходится принимать решения. Боюсь, они не всегда верны.

Глядя в это морщинистое благородное лицо, Гермиона с трудом могла поверить, что этот человек способен ошибаться. Здравый смысл подсказывал, что ошибаются все. Но Дамблдор в ее глазах всегда стоял на пьедестале, слишком высоком для земных ошибок.

— Я хочу посоветоваться с вами, — огорошил ее директор, — вы ведь помните просьбу мистера Малфоя относительно вашей памяти?

Ну, вот и все. Прощайте воспоминания. В эту минуту Гермионе почему-то вспомнился старый школьный альбом. Для него неведома была дальнейшая жизнь выпускников, ее словно отбирали во благо. У него же оставались лишь теплые воспоминания о нерадивых, но любимых детях. А вот у Гермионы отбирали что-то важное. И она не была уверена, во благо ли? Она четко осознавала, что слишком многое изменилось за прошедший день. И терять это было просто невыносимо. Девушка подняла голову и посмотрела на Дамблдора. В его глазах горел неведомый огонек.

«Как он сказал? «Я хочу с вами посоветоваться?» Не может быть».

— Гермиона, ты единственная, кто знает о случившемся, — переход на «ты» укрепил в девушке надежду. Это был знак особого доверия. Во всяком случае, очень хотелось так думать. — Прежде чем Гарри очнется, ему сотрут память о вчерашнем дне. Я использую Маховик Времени, чтобы перенести вас в Центральный парк, в двенадцать часов десять минут. То есть пройдет десять минут с момента похищения. Для Гарри ничего этого не будет. Он заново насладится предпоследним днем летних каникул.

— Но это же… — язык не повернулся сказать «нечестно», но Дамблдор понял.

— Это и есть ответственность, Гермиона. Я не говорю, что уверен в правильности этого действия. Возможно, я совершаю ошибку. Ведь я человек. А любой человек имеет свои слабости. Я не могу позволить Гарри жить с этой болью, ненавистью и унижением. Всего этого и так с лихвой было в его недолгой жизни.

Гермиона сглотнула. Возможно, директор прав. Только… Ведь это обман. Во благо, но все же… Чем же тогда методы одной воюющей стороны отличаются от другой? Где же тогда та тонкая грань между Добром и Злом?

Дамблдор молчал, давая девушке время осознать, принять, если получится, понять. Наконец Гермиона вновь посмотрела в глаза директору. Он продолжил:

— То же самое будет проделано с тобой, — в голосе директора звучала спокойная уверенность. Если он и сомневался в правоте своих действий, то никак не позволял этому отразиться на принятом решении. — Я оставляю за тобой выбор: забыть или помнить.

— То есть? — не поняла Гермиона.

— Прошу, подумай хорошо. И не отвечай сразу. Я предлагаю тебе прожить этот день заново, но зная и помня все случившееся. Это будет далеко непросто. Ты знаешь, что такое Маховик времени. Для всех, кроме тебя, новая реальность будет единственной. Только прогулка в парке, встреча с мистером Уизли и все, что вы там запланировали на последний день. Ты будешь веселой, беззаботной и отдохнувшей после летних каникул. Гарри и Рон будут такими же.