Страница 68

* * *

Люциус Малфой уже несколько минут стоял в «коридоре с оленем». Его так называли студенты. На стене этого коридора, ведущего в подземелье Слизерина, висел гобелен. Странный гобелен. В отличие от всех остальных в Хогвартсе сцена, изображенная на нем, была неподвижной. Несколько веков назад шесть гончих псов застыли перед последним прыжком. Последним для самца-оленя, который столько же веков отчаянно озирался на своих преследователей. Симпатии Люциуса всегда принадлежали псам. В душе он чувствовал себя скорее охотником, нежели жертвой. А вот сейчас почему-то впервые заметил затравленный отчаянный взгляд гордого животного, осознавшего неизбежное. Люциусу вдруг захотелось помочь, спасти красивого зверя. Странное это было желание. А потом он понял, что несколько веков назад кто-то уже решил это до него и заставил шестерых оскаленных вестников смерти навеки замереть. И пока их последний прыжок был невозможен, у гордого животного оставался шанс. Последний шанс.

Прохладная ладошка оказалась в его руке. Люциус резко обернулся. Она пришла. Пришла! Она была здесь. Счастливая улыбка, лихорадочный блеск в глазах. В эту минуту он понял, что готов отдать жизнь за короткое мгновение счастья. Он стоял и смотрел на зеленоглазое чудо, пока она не прошептала:

— Пойдем?

Юноша улыбнулся и кивнул.

— Пойдем.

Держась за руки, они почему-то на цыпочках добрались до входа в гостиную и остановились, глядя друг на друга.

— И как мы туда попадем? — с улыбкой спросила Фрида.

— Я могу минут на пять сделать тебя невидимой.

— О-о! Люциус Малфой полон сюрпризов, — шутливо приподняла бровь девушка.

— Это понимать как согласие? — юноша тоже приподнял бровь.

— Валяй. Испытывай.

— Да не бойся. Я уже этим пользовался.

— За девчонками подглядывал?

— У Земуса ингредиенты тырил.

Фрида в притворном ужасе округлила глаза. Люциус направил на нее палочку и прошептал заклинание. Удивленное личико исчезло. На миг Люциуса охватила паника. Он не видел ее. А вдруг она испугается и уйдет? Вдруг… Прохладные пальчики коснулись его ладони, и страх отступил. Люциус улыбнулся в пустоту и назвал пароль.

— О! Я теперь знаю пароль в гостиную Слизерина, — прошептал веселый голосок из пустоты, — можно теперь пробираться ночами и мазать слизеринцев зубной пастой.

— Только одного слизеринца, пожалуйста. К остальным ночами не нужно.

Сказал и испугался, что разрушил мгновение. Но нет. Тут же послышался ответ:

— Надеюсь, не Крэбба предлагаешь в качестве подопытного? — решила отшутиться Фрида. Она не хотела думать о будущем всерьез. Всерьез было слишком страшно.

— Нет, по дружбе покажу, где кровать Фреда, — принял ее подачу Люциус.

Девушка усмехнулась.

Меры предосторожности не оказались лишними. В гостиной Крэбб и Дэвис тихо напивались. В честь чего, Люциус не знал. Да и не особо хотелось.

— Эй! Иди к нам, — нетвердым голосом предложил Дэвис.

Люциус помотал головой, поднимаясь по ступеням к своей комнате.

— Спасибо. Я — пас. Баиньки ухожу.

— Так рано и один?

Люциус напрягся, но, услышав смешок Фриды, ответил:

— Старею.

Он назвал пароль в свою комнату и пропустил все еще невидимую Фриду вперед. Затем вошел сам и остановился. Он понятия не имел, что делать дальше. Он знал, чего он хочет больше всего на свете, но снова, как и год назад, в тот первый раз, его сковала непонятная робость. Невидимость Фриды отнюдь не прибавляла уверенности. Люциус завертел головой.

— Плохая идея была — наложить это заклятие. Я чувствую себя идиотом.