Страница 96

Снейп усмехнулся. Он ведь обещал, что возьмет реванш, а никто из них не верил. Прошло двадцать лет, но Северус Снейп ничего не забыл. Два чертовых гриффиндорца, на одного из которых был так похож этот выскочка, когда-то погубили двух самых дорогих ему женщин. Если бы не они, все было бы по-другому.

Снейпу надоело наслаждаться бешенством во взгляде Гарри Поттера, и он посмотрел на своего старосту. Полуулыбка аккуратному конспекту. Драко всегда улыбался, если Снейпу доводилось беседовать с Поттером. Профессор зельеварения прекрасно понимал, что это непедагогично, что нельзя поощрять подобное, но…

Блез снова убрала в сторону руку Драко, рукав задрался, явив на свет белую повязку. Снейп многое бы отдал, чтобы помочь этому мальчишке. В память о белокурой девочке, которая когда-то вопреки насмешкам стала его другом. Вот только это представлялось трудновыполнимым. Упрямый мальчишка не желал помощи. Он просил ее только в самых крайних случаях и, что примечательно, не для себя.

Снейп отвернулся к окну. Скоро все закончится. И для него, и для Драко Малфоя, и для сотен других людей, магов и магглов. Осталось совсем немного. Он это чувствовал. Не сказать, что это были приятные ощущения. Просто был тупик, в котором не наблюдалось выхода. Иногда он хотел перестать бороться и просто уснуть спокойным сном. Вот только там, в том далеком мире, его тоже никто не ждал. Там была она. Но была с ним. Вот и получалось, что если он и мог кому-то понадобиться, то только здесь. Дамблдор доверял ему, нуждался в нем. А еще был этот мальчик, и была белокурая девочка. Для него она всегда останется Нарциссой Блэк. Веселой, взбалмошной и непредсказуемой. Он не желает думать о ней как о Малфой.

Нет! Он еще нужен. Пока живы эти люди, он нужен. А там… посмотрим.

* * *

После обеда Драко вошел в гостиную Слизерина. Он предполагал, что на собрании Дамблдор учинит разнос. Он и сам знал, что влетит за дело. Кто просил его швыряться заклинанием в Уизли? Душа просила. Драко усмехнулся. Но нужно принять меры. Для начала промыть мозги Уоррену. Учебный год еще не начался, а у Слизерина уже было минус двадцать баллов. Так они далеко уедут. Именно для этого Драко попросил Пэнси устроить ему беседу с первокурсником. О чем они будут говорить, Драко не знал. Еще не хватало забивать голову такой мелочью. По ходу дела разберется.

Уоррен уже ждал в пустой гостиной. Он весь как-то уменьшился и слился с высокой спинкой стула. По-видимому, Пэнси подготовила почву для будущей беседы. Что она ему наплела, оставалось только предполагать, но мальчик явно опасался.

Драко молча подошел, выдвинул стул и, перевернув его спинкой вперед, сел напротив Уоррена.

— Ну? — начал он.

— Что? — опасливо переспросил мальчишка.

— Можешь начать с того, за что сегодня лишил факультет двадцати баллов.

— Форсби сам виноват.

— Не сомневаюсь.

И тишина.

— Слушай, — Драко нетерпеливо посмотрел на часы. Без двадцати три. — У меня времени в обрез, так что излагаешь быстро, четко и честно. Понял?

— Он меня оскорбил.

Драко приподнял бровь, и Уоррен поспешил добавить.

— Он назвал меня полукровкой.

Этого еще не хватало. Черт! В Слизерине-то он как оказался?

— У него было основание так сказать?

Мальчишка ту же взъерепенился.

— Это только мое дело! Ясно?

Драко про себя чертыхнулся. Эта тягомотина надолго. Так они ни до чего не договорятся. Он все равно не расскажет. Может, потом, но явно не сегодня.

— Ладно. Поговорим об этом вечером.

Драко встал и задвинул стул на место.

— Я не грязнокровка, — зло сказал мальчик.

— После поговорим, — отрезал Драко и направился к двери, но потом решил, что мальчишке и так несладко. Нужно проявить какое-то участие.