Страница 5

– Хотите еще? – Ее улыбка стала шире. – Какие ненасытные.

– Ужасно ненасытный, – согласился он и куснул ее плечо. Салли захихикала, и он просунул руку глубже.

Найдя результат такого зондирования удовлетворительным, свободной рукой он провел вниз по ее животу.

– Ладно, ладно, я дам добавку, – мурлыкала Салли, извиваясь под его руками. – Но только потому, что вы спасли меня.

Он поднял ее бедра и пристроился сзади, размышляя, как ему повезло, что он оказался таким рыцарем.

Глава 2

Погрязшие в долгах герцоги сильно обесценились в наше время. Наследницы, сколько дадите?

Слишком скоро его разбудило звяканье ведерка с углем. Рис перекатился на живот и закрыл голову подушкой, проклиная неизменный уклад английского дома. В Италии служанке не пришло бы в голову потревожить сон джентльмена, пока солнце не окажется на западе. Не то что в Англии.

Он выглянул из-под одеяла и увидел поблизости от камина безошибочно узнаваемые серое, в полоску платье, белый фартук и чепец горничной. Только самая бестолковая служанка могла бы не заметить, что в кровати двое, что с хорошенькой девицей под боком он едва ли нуждался в зажженном камине, но Рис не стал указывать на это обстоятельство. Для этого потребовалось бы слишком много усилий в восемь утра, особенно если учесть, что заснул он не ранее часа назад.

Он снова закрыл глаза, а проснулся уже разбуженный своим камердинером, которому, черт его возьми, тоже следовало бы знать, как себя вести.

– Фейн, – пробормотал Рис, выпростав руку и положив ее на плечо слуги, – если ты немедленно не уберешься из моей комнаты, пеняй на себя, я тебя выгоню.

Пустая угроза, потому что он задолжал парню, по крайней мере, за полгода и не смог бы найти кого-нибудь другого, кто был бы так же предан ему, как Фейн.

Слуга отлично знал это, поэтому не ушел. Напротив, он еще раз деликатно потряс Риса.

– Сэр, мне очень жаль, – пробормотал Фейн, – но в доме происходит нечто, требующее вашего немедленного внимания.

– В доме неладно? Пусть Холлистер займется этим. Он ведь дворецкий Милбрея, не так ли? – Отворачиваясь от слуги, Рис закинул на лежащую рядом сонную женщину руку и ногу и снова стал погружаться в сон. – Если только не пришел конец света, я не намерен вылезать из кровати по крайней мере до двух часов дня.

– В гостиной сидит ваша мать, лакей заносит ее чемоданы. Похоже, она собирается пробыть здесь долго.

– О Боже! – Рис перекатился на спину и сел, с ужасом глядя на Фейна. – Это конец света. Не смотри так на меня, приятель. Скорее подай мой халат.

Пятью минутами позже Салли сидела в кебе и ехала домой, а Рис был одет – более или менее. В панталонах, рубашке и халате он спускался по лестнице в гостиную, время от времени останавливаясь и перегибаясь через перила, чтобы увидеть происходящее в холле. Там действительно громоздились сундуки, саквояжи и шляпные коробки. Рот герцога скривился, когда, на его глазах два лакея внесли в дом еще один дорожный сундук.

Рис пошел в гостиную, недоумевая, с чего вдруг Петиция решила остановиться под одной крышей с ним. Последние двенадцать лет он жил на континенте лишь потому, что желал оказаться как можно дальше от нее и ее распутного деверя. Слава Богу, дядя Ивлин был уже мертв, но Рис по-прежнему был полон решимости избегать встречи с матерью. Он был не в состоянии провести в ее обществе и пяти минут. Она платила ему той же монетой.

Когда Рис вошел в гостиную, мать сидела в кресле, придвинутом близко к камину. Услышав его шаги, она встала и повернулась к нему. Рис поразился, насколько мать сдала за эти годы. Он всегда помнил ее потрясающе красивой, ослепительной блондинкой, которая в детстве напоминала ему сказочную и непостижимо далекую Снежную королеву. Сейчас от былой красоты не осталось почти ничего. Истончившаяся кожа приобрела землистый оттенок, щеки обвисли. Летиция исхудала, имела изнуренный вид и казалась гораздо старше своих пятидесяти шести лет. Но глаза ее, того же серо-зеленого цвета, что и его собственные, остались прежними. Когда он прошел через комнату и остановился перед ней, они изучали его с теплотой арктического ледника. Никакой улыбки в знак приветствия.

– Сент-Сайрес, – произнесла она, приседая в бесстрастном реверансе.

Он не позаботился ответить поклоном.

– Мама. Как приятно вас видеть!

В его голосе прозвучала ирония, но Летиция была слишком бесчувственной, чтобы ее это задело. Они молча стояли, изучая друг друга, напоминая присматривающихся друг к другу дуэлянтов, и тут Рис заметил, что она все еще не сняла накидку и шляпу, а в руках у нее был зонт. Похоже, она приехала только с визитом. Он понял это слишком поздно.