Страница 33

— Александр Ярославович, дорогой, а ну-ка прекращайте немедленно. Это вам не соска и даже не шоколадка.

Со смехом говорю я сыну, который с очень серьёзным выражением лица пытается надкусить мою медаль за победу в чемпионате Европы.

А за окном проплывает, наверное, уже Польша. А может быть, и вовсе Украина или Белоруссия. Не знаю, как летит наш самолёт из Мюнхена в Москву.

Финал на Олимпиаштадионе стал первым футбольным матчем в жизни сына, который он посетил лично. Мы с Катей долго сомневались на тему того, стоит ли брать годовалого малыша на трибуны. Всё-таки это слишком для него. Но в итоге решили, что в принципе пора.

Правда, для того чтобы это состоялось, ещё до поездки в Западную Германию мы по индивидуальному заказу купили в Барселоне специальные звукопоглощающие наушники для самого младшего из Сергеевых. И именно в этих модных наушничках, само собой в цветах советского флага с обязательными золотыми серпом и молотом на алом, Сашка на руках и посмотрел очередной финал отца. Ну, то есть меня.

А во время награждения я как раз на шею сына и надел эту золотую медаль.

Думаю, что фотография, Сашка на руках, у него на шее медаль, одет наш парень в маленькую футболочку сборной Советского Союза, как раз займёт достойное место в пантеоне воспоминаний об этом финале. Во всяком случае, на следующий день местные газеты вышли, в том числе, и с этой фоткой на первой полосе.

И тут во мне проснулся, скажем так, дух капитализма.

Кадр получился очень, как говорили в будущем, мимишный. Но для нормальных людей это звучит как «очень милый, запоминающийся». И вот такая вот пара — отец с сыном — это буквально приглашение рекламодателям. Для производителей детского питания, например. Или совершенно не подходящая для наших широт Blédina — они просто обязаны выйти на моих представителей в Испании, на советское торгпредство, и предложить контракт. Если этого не произойдёт, то значит, господа капиталисты совсем нюх потеряли.

От воспоминаний дня вчерашнего я вернулся в настоящее.

Тем более что вокруг нас с Катей и Сашкой царил дух праздника. Советская сборная на борту своего Ту-154 отдыхала, расслаблялась и праздновала.

Через два сидения от меня должное шампанскому отдавали киевляне: Демьяненко, герой финала Беланов, Бессонов. В отличие от своих одноклубников, Володя выиграл первый трофей со сборной. Чуть дальше целый выводок торпедовцев в окружении Заварова, у которого неожиданно проснулся талант тамады.

И впереди расслабленно спорили наши тренеры. Такое ощущение, что Иванов, даже несмотря на победу и то, что мы завершили этот чемпионат со стопроцентным показателем выигранных матчей, был чем-то недоволен. И они с Малофеевым обсуждали тактику. Я не удивлюсь, если это так.

Но в общем, атмосфера на борту царила такая, какая нужна. Большая компания уставших после выполнения грандиозного дела мужчин возвращается к себе домой. И эта усталость — она фоном. А главное для всех нас — это, конечно же, большое-большое счастье.

Потом был краткий миг таможни.

Ну, во всяком случае, краткий для меня, потому что необходимости везти дефицит у меня и Заварова нет. Мы, в принципе, живём в мире этого самого дефицита.

Да и если говорить обо всех остальных, то сейчас спортсмены стали меньше таскать видеомагнитофоны и всё остальное из-за границы, для того чтобы здесь, в Советском Союзе, делать свой мелкий гешефт — менять видеокассеты и прочее на рубли по каким-то совершенно фантастическим, нереальным для нормальной экономики ценам. Сейчас этого меньше. Но всё-таки есть, поэтому процедура прохождения таможни заняла у сборной СССР определённое количество времени.