Страница 21

Уже там, я представил им свой проект, новой яхты типа «Стилет».

Представление шло в течении нескольких часов, меня досконально расспрашивали, по мере моего пояснения при показе и рассказе, но как правило это касалось нюансов при её постройке. В принципе, я предоставлял этот проект, и так тщательно, только ради того, чтобы как можно меньше посещать верфь.

Что Степан Иванович, что Павел Иванович, прекрасно понимали, о чём я им говорил и что им показывал. Причём, говорил я с пояснениями, как можно подробнее, чтобы у таких маститых корабелов,возникало как можно меньше вопросов.

Невинский так же внимательно слушал, что я говорил и скорее всего, оценивал то, что я представил.

Уже когда всё по данному проекту было согласовано, для запуска в работу, кроме разве что финансового вопроса, а так же заключения договора, неожиданно Невинский сделал мне предложение.

- Сергей Сергеевич, а продайте этот проект нам, вам ведь только два таких корабля нужно?- тут же сделал предложение Михаил Генрихович, - а у этой верфи ещё нет своих проектов, вот и будут, по крайней мере, хоть один. И вам дешевле обойдётся постройка, мы её сведём, чуть ли не ксебестоимости.

Его слова заставили меня задуматься, по большему счёту мне этот проект и нужен был только ради того, чтобы изготовить две таких яхты, а так продав проект, я отобью цену за полторы яхты. Что ж, такой вариант, меня вполне устраивал. Об этом я и высказался Невинскому.

Тот, моё такое решение встретил, только потирая руки. К тому моменту, я не знал, что именно он привёз сюда на верфь, решение клана, о её расширении, что на счета верфи уже перекинуто два миллиона рублей денег из клановой казны.

Возможно, уважаемого читателя заинтересует тот момент, почему такая яхта стоит так мало? В первую очередь, потому, что она имела корпус, который набирался по композитной схеме – поверх лёгких и прочных стальных шпангоутов шла тонкая стальная обшивка. Так пока делать было не принято, у кораблестроителей того времени. Ну и во вторую очередь, это то, что на самой яхте, не было такой шикарной отделки как на той же «Принцессе», всё было минимизировано, делалось по простой и всем известной в те времена схеме. В третью очередь самой ценной на яхте была паровая машина мощностью 359 л.с.. Даже винто-рулевая группа, была более-менее обычной для того времени. Ну и в последнюю очередь её весьма небольшой вес, всего лишь 31 тонна, и это как я уже говорил, при длине 28,65 метра. Тут я пока не учитываю броневую защиту верхней палубы, по ней я пока расчётов ещё не делал. Именно поэтому она и имела такую малую стоимость и в тоже время, постройка одной не занимала много времени.

Михаил Генрихович, тут же развил бурную деятельность, был вызван нотариус, который обслуживал верфь. Он составил бумагу, по которой все мои права на проектную документацию яхты типа «Стилет» передавались клану Вяземских, а если точнее, её филиалу Николаевской верфи.

Вся сумма выручки по этой сделке, оставалась на счетах верфи, как авансовый взнос в счёт моего заказа на постройку двух таких кораблей. Всё это так же было оформлено и завизировано всеми сторонами. Так что я пока, ни копейки не заплатил за принятый заказ.

Единственное о чём просил Михаил Генрихович, так это периодически бывать здесь на верфи и наблюдать за постройкой, хотя бы раз, в полторы - две недели. Я согласился, но тут же предложил Михаилу Генриховичу, взамен взять на себя ответственность за быстрое изготовление и доставку сюда на верфь паровых машин. На что уже согласился Невинский, понимая, почему я так прошу.

А вот когда мы вечером сидели с ним и Вальдом в ресторане ужиная, Невинский попросил меня рассказать более подробно, о моих планах использования этих кораблей. Моего постоянного спутника капитана Майета с нами не было, он остался на верфи, сославшись на то, что ему надо переговорить с Ворониным.

Рассказал, мне не трудно, при этом разложил всё по полочкам, объясняя, почему именно так и не как иначе. После моего рассказа Михаил Генрихович, сделался задумчивым, обдумывая то, что я ему сказал.