Страница 39

Последующие три дня прошли в интенсивной работе с подчиненными по подготовке к войне, при этом понимая, что она неизбежна, все офицеры, да и нижние чины работали добросовестно.Повышая свои профессиональные навыки, обучаясь или выполняя другие работы связанные с подготовкой к войне.

А вот на четвёртый день, около обеда меня нашёл посыльный коменданта Очакова, тот вызывал меня срочно к себе. Конечно же, всё бросил, поехал. Уже в резиденции коменданта Очакова, генерал-лейтенанта барона Кнорринга, узнал, в чём срочность вызова – Руссийской империи объявлена война. Её объявила Турецкая империя или Турецкий султанат, тут так и так можно сказать, но от этого смысл не поменялся. Турецкий султан Абдул-Азиз I, выдвинул ультимативное требование императору Руссийской империи, Николаю II, о передаче полуострова Крым под юрисдикцию султаната, срок ответа - три дня, в случае отрицательного решения - война.

Естественно, никто не собирался передавать султану полуостров Крым, а значит - война, уже с завтрашнего дня неизбежна, но действовать мы уже можем с сегодняшнего дня.

Тут, по всей видимости, султан Абдул-Азиз I, решил сыграть в «благородство», в первую очередь, показывая всем государствам империи Европы, что ондал время императору Николаю II на «подумать». Хотя если взять по большему счёту, эти три дня, никакой роли не играли,ни для одной из сторон ни дляРуссийской империи, ни для Турецкого султаната. И те и те, прекрасно понимали войне быть, и к ней усиленно готовились не только в Турецком султанате, но и в Руссийской империи.

Понимая, что сейчас обед направился в свой особняк. Уже когда все находились за столом в столовой, объявил, что - завтра война, в прямом смысле слова. При этом пояснил, почему именно так.

Так что обед прошёл как никогда быстро, после чего мы с Вальдом, сразу же убыли в порт. Майет, остался в особняке и должен подъехать в порт, чуть позже, он просто пошёл к себе переодеваться в свою военную форму, об этом было заранее договорено с командиром 35-го флотского экипажа, капитаном 1-го ранга Истоминым. Константин Константинович, к тому же, должен взять с собой уже заранее написанную на моё имя бумагу, которую передаст мнев порту. С момента когда я, её подпишу, тот уже будет считаться, опять призванным на военную службы. Приказ по 35-му флотскому экипажу, и далее по Черноморскому флоту будут изданы позднее, когда эта бумага пойдёт по инстанции, но на них, всё равно будет стоять сегодняшнее число, всё согласно имперских законов, при объявлении войны и периода мобилизации.

По прибытию в порт, приказал собрать весь офицерский состав тендерного отряда, а так же всех офицеров, которые были приданы нашему отряду, а именно лейтенанта Андреева и тех мичманов, которые прибыли с ним, кроме того там же присутствовал и капитан-лейтенант Майет.

От моего сообщения, что завтра война, среди сидящих пошёл гул голосов. Я специально как можно подробнее изложил содержание той бумаги, которую мне и нескольким другим офицерам, в том числе и подполковнику барону Черкасову зачитал комендант Очакова, генерал-лейтенант барон Кнорринг.

После сообщения, взял у капитан-лейтенанта Вальда пакет, который тот держал, вскрыл и зачитал всем офицерам бумагу – приказ по35-му флотскому экипажу, за подписью капитана 1-го ранга Истомина. Согласно этого приказа, именно нашему отряду предписывалось, организовать круглосуточное боевое дежурство у входа в Днепровский лиман, а так же организовать выставление морских мин, согласно мест по заранее утверждённой морской карте.

График дежурств в лимане тендеров, был согласован с командирами заранее, согласно которого первым заступает тендер «Поспешный», его завтра вечером меняет тендер «Свет», а того через сутки меняет тендер «Лучезарный». Далее по приходу усиления отряда в виде двух малых пароходов, из Николаева, один из них должен курсировать в Чёрном море на удалении десяти миль от Кинбурнской косы.

Выставление морских мин я принял решение начинать с завтрашнего утра, при этом чуть переиграв, то о чём говорил ранее, а именно - выставление морских мин решил начать не с непосредственно фарватера входа в Днепровский лиман, а с защиты крепости Кинбурн со стороны Чёрного моря, сразу с двух сторон от крепости. Вот эти морские мины мы выставляли целых три дня, но, тем не менее, закончили полностью, в том числе и выставление так называемых минных банок, в местах наиболее подходящих для высадки вражеского десанта.

Уже вечером, когда мы ехали к особняку капитан-лейтенант Вальд, поинтересовался моим таким решением, а заодно и спросил, когда будем выставлять морские мины непосредственно в самом фарватере ведущим в Днепровский лиман.