Страница 62

Но и «Владимиру» досталось, во втором залпе, от корветов и последнего боеспособного монитора «Semendire», что-то так же горело на корме, фрегат лишился фок-мачты, его левый бок был отмечен несколькими вмятинами, а так же оказался сорван один из якорей, были потери и среди экипажа, который находился на верхней палубе.

Не обстреливаемые до этого пароходы «Днепр», «Херсон» и «Ингул», сосредоточили огонь своей артиллерии на винтовых корветах, не то, чтобы у них были значительные успехи, но, тем не менее, заставили корветы противника так же обратить внимание на них. Особенно в этом плане отличился «Херсон», его артиллеристы, неоднократно отметились точными попаданиями в корвет «Seddubahir», который и перенёс огонь своей артиллерии на надоедливый пароход, с названием «Херсон».

Второй залп с обоих бортов «Владимира», был не столь удачным, третий речной монитор «Semendire», сумел каким-то чудом, в последний момент, изменив свой курс уйти от прямых попаданий. Но вот винтовому корвету «Beyrut», не повезло в этом плане, он так удачно подставился своим бортом под залп нашего фрегата, что поимел, только три прямых попадания непосредственно в сам борт, в том числе и один подводный, а так же порядка четырёх попаданий непосредственно по верхней палубе.От двух попаданий в борт, а попадания пришлись на артиллерийскую палубу, там произошли мощные взрывы, или подрывы, из-за которых образовались значительные по своим размерам дыры. Корвет «Beyrut», стал замедляться, а так же по чуть-чуть иметь, всё более увеличивающийся крен на подбойный борт, судя по тому, как на верхней палубе забегал экипаж, там уже заранее готовились к покиданию корабля.

Именно в этот момент мы и атаковали флагманский корабль эскадры, паровую колёсную яхту «Sultaniye», заходя на неё в атаку с двух её бортов. Огонь из единственных орудий яхт, был сосредоточен именно на его колёсной паре, основная задача была повредить именно их, поставить на этой паровой колёсной яхте паруса уже им никто не даст, а значит и этот корабль далеко не уйдёт.

Повезло артиллерийскому расчёту яхты «Удачная», именно они сделали точноепопадание в правое колесо этой паровой яхты «Sultaniye». В конце нашей атаки, к артиллерийским расчётам наших орудий, подключились и пулемётные расчёты «Максимов», выбивая всех, кто находился напалубе яхты.

Понимая, что этот бой проигран вчистую, оставшиеся два, пока целых и имеющих ход корабля турецкой эскадры, а именно речной бронированный монитор «Semendire», а так же винтовой корвет «Seddubahir»,стали разворачиваться, чтобы покинуть место морского сражения. Вернее сделали попытку уйти, но командир эскадры капитан 1-го ранга Истомин и командир фрегата капитан-лейтенант Бутаков, посчитали иначе и как только были заряжены орудия фрегата, в первую очередь сделали залп в турецкий винтовой корвет «Seddubahir». Всего было четыре попадания, но и их хватило для того чтобы он не только стал замедляться, но и к тому же стал тонуть, проседая в первую очередь на свою корму, куда пришлось два из четырёх попаданий. Так уж получилось, что попадания в корму двух снарядов, на ложились практически один на один, усилив пробивной эффект, захватив и подводную часть корабля. Два других попадания пришлись, один в кормовую часть, другой в правый борт корвета, в районе миделя, естественно вырвав часть борта корвета.

Залп другого борта фрегата «Владимир» сделал по так же уходящему речному бронированному монитору «Semendire», если в первый залп по нему, тот смог каким-то чудом уклониться от попаданий, то в этот раз монитору не повезло фатально. Он просто взорвался, куда там, и сколько было попаданий, бог его знает, но факт остаётся фактом, тот взорвался, лишив весь экипаж шанса на спасение.

Вот как раз подрыв «Semendire», оказался последней каплей для турецких моряков, те стали спускать с оставшихся кораблей флаги. А именно на речном бронированном мониторе «Bogurtlen», а так же паровой колёсной яхте «Sultaniye». На последней, после нашей атаки с Майетом, оказалось, что командир эскадры турецкий адмирал Озан-паша, был убитый, как впрочем, и командир самой яхты и ряд старших офицеров, которые находились компактной группой около своего адмирала. На оставшихся в живых офицеров яхты «Sultaniye», очень «сильное впечатление» произвело то, что осталось от их бывших начальников, хотя надо сказать и то, что в этом плане турок, «удивить» было очень сложно, за свою жизнь те, уже насмотрелись на многое.

Остальные корабли турецкой эскадры уже было не спасти и не отстоять. Тот же винтовой корвет «Beyrut», уже завалился на бок и до окончания его ухода под воду остались считанные минуты.Винтовой корвет «Seddubahir», уже высунул полностью свою носовую часть, на несколько метров, а вот его корма уходила под воду, довольно быстро, возможно до полного затопления его оставалось минут 10-15. Речной бронированный монитор «Iskodra», так же просел почти по самую палубу, до его окончательного погружения оставалось не так уж много времени.

К месту боя уже спешили два тендера «Свет» и «Лучезарный», чтобы так же оказать посильную помощь.

К речному монитору «Bogurtlen», уже спешил пароход «Херсон», а к колёсной яхте «Sultaniye», подходили сразу два парохода «Ингул» и «Днепр». «Ингул» осуществил стыковку, после чего забирал на свой борт всех оставшихся в живых моряков с «Sultaniye». С подошедшего «Днепра», стали спускать шлюпку, в которую спорно загружалась часть экипажа, во главе с боцманом. Стало понятно, что этот корабль лейтенант Андреев, намерен взять на буксир, чтобы дотащить хотя бы до Очакова.

Подбежавший ко мне матрос сообщил, что яхту «Везучая» просят подойти к борту фрегата «Владимир», на последнем, экипаж уже успел потушить возгорание на борту, и сейчас устранял мелкие повреждения.

- Рулевой, курс на фрегат «Владимир», - тут же отдал указание я рулевому.